Фай Родис тоже шепчет в ответ, точнее телеграфирует:
- Если, достигнут предел - уходи в беспредел!
И добавляет:
- Недобитый враг как не долеченная болезнь - жди осложнений!
Попавших под удары лучей мульти-лазеров бугристый мрак-исполин начинает вздуваться, а его поверхность обрастать перьями пожара. Неорганическому монстру - этому вирусу паразиту истребляющему разум становится крайне неуютно. С твари отслаивается многослойная кожа и происходит детонация. Брызгают, растекаясь по вакууму плазменные кляксы.
Прочие мраки в явной растерянности, или наоборот реагируют, как и положено полумашинам. Не торопясь отвечать и видимо пытаясь наладиться девшим трещину отношениям элементарным контактом.
Гер Люций присвистнул через гиперструну:
- Так первая серия пошла!
Фай Родис философски заметила:
- Любим мы серии - только пузыри мыльной оперы гиперплазменные.
Полководец Стэлзаната шлепнул пальцами и крутанул ими словно барабаном револьвера. Тут костюм Люция моментально слетел с мускулистого тела и пронесся пульсом на сверхсветовой скорости. Тут же в пространстве возникла громадная бугристая глыба-гриб мрака. Чудовище воспроизвело характерный жест. И пронеслось кличем:
- Отомстите! Атакуйте насекомому органику!
И вот мраки с опозданием, но среагировали, тем более лупануло по ним лучами с полюсной замаскированной под бархан установки.
Люций одновременно воспринимал себя как бы стоящим на песчаном, радиоактивном грунте и находящимся внутри имитации мрака - космического вируса!
А унтер-радиация давала жар соразмерный под сто тысяч градусов. Поэтому босоногая, юная пара и могла воспринимать, голыми подошвами квазиэлектрические разряды, и их приятное, волнующее тепло, шершавое щекотание...
Юноша-воитель в двух ипостасях знал что делал. Вот она аннигилирующая разумное и не слишком разумное мощь излучений сначала имитатора, затем и остальных мраков долбануло в поверхность, как раз кумулятивном направлении скрытого инкубатора. И вонзилось в поверхность разряда сопоставимого с энергией почти миллиарда бомб сброшенных на Хиросиму!
И уже никакое бозонное поле, прикрывающее гигантский инкубатор, воспроизводящий роботов-скорпионов, не могло выдержать подобного сокрушительного поражения. Полосы грунта частично испарились, частично рассыпались на обломки, а некоторая доля разошлась потоками разогнанных то сверхсветовой скорости частиц.
Обнаженные юноша-демиург и девушка-рейнджер плыли по этим жгучим волнам аннигиляции и хохотали от непередаваемого удовольствия. А многие сотни миллионов формирующихся зародышей роботов-скорпионов превратились в потоки и вихри энергии. Правда какая-то часть самоорганизующейся кибернетики сумела уцелеть и теперь дрейфовала по вакууму и разорванной атмосфере планеты, словно на скейтбордных досках во время вихря и нашествия торнадо. Однако и это в черной дыре, уцелевшие роботы чадят. Всё выглядело оплавленным и сильно сплющенным. Словно какие-то вычурные огненные кляксы убегают из тетрадки двоечника, перед контрольной проверкой.
Девчонка-терминатор и одновременно полководец неисчислимых армий Стэлзаната или как еще называют их империю - "Пурпурным созвездием", высказалась:
- В войне все хорошо, кроме одного!
Гер Люций, чья бронзовая, похожая на бронзовую проволоку мускулатура с большим удовольствием ловила поглаживания, больших, высвободившихся из чрева громадных энергий планеты-инкубатора, с наигранным удивлением спросил:
- И что есть плохого в войне?
Выпустив притворную, убойную слезинку Фай Родис с придыханием разъяснила:
- То, что любая война рано или поздно закончится!
Гер Люций оглушительно расхохотался. Его ложный, но убойный мрак перевел огонь на своих так называемых приятелей - те на глазах воителей-монстров превращались в перегретый микроволновой духовкой швейцарский сыр. Даже корочка растрескалась и покоробилась.
А магический полководец и диверсант Стэлзаната, заметил:
- Тогда обязательно найдется новая баталия!
Когда в вакууме начинают рваться фейерверки - это не слишком страшно, но чрезмерно весело. Насколько ярко пылают в космосе огоньки всех цветов радуги.
Фай Родис же даже стало немного грустно. Вспомнились альтернативные ценности так называемого гуманизма. Порой доходящие как в созвездии Благоденствия до абсурдного финиша. Но с другой стороны - это иступленное, не знающее пределов и меры насилие, пропитавшее каждого стэлзана с рождения...
Она еще только девочка-младенец только что вылезшая из кибернетической утробы. И прямо над детскими ушами взрывается пара миниатюрных аннигиляционных зарядов. Вспышка смертоносной энергии опаливает верхнюю часть тела, а гравиоплазменная волна лупит по барабанным перепонкам - новорожденного младенца. Вот оно твое первое ослепляющее глаза знакомство с миром.
Настоящий шок - смерч, но впрочем, не такой уж и неожиданный. Еще когда стэлзан вернее его зародыш плавает в питательной смеси - регулирующий параметры роста и созревания компьютер проводит обучение искусству убивать или как красивее воевать. Для других рас это дико, но уже зародыш по нервным окончаниям получает полезную и реалистичную информацию об войне. Сначала самую простейшую - наклон, уход, откат, прыжок... И сильная боль тому кто не хочет вовремя усваивать данные уроки или допускает ошибки!
Действует и обратная связь - образы подобные сновидениям эмбриона меняют, если зародыш оказывает на них воздействие: как наступательного, так и оборонительного свойства. Когда мозг у тебя еще только формируется в многослойной среде кибернетической утробы - ты еще не состоянии осознать или проанализировать свои ощущения. Но это надо сказать такое, чтобы ты сам или сама была бы рада забыть! Хотя с другой стороны знает ли зародыш иное кроме генетической памяти своих агрессивных предков?