Да, только суть моего настроения, и больше ничего похожего не было между Димкиным стихотворением и планетой, на которой я стояла. Ни неба, ни воздуха, ни земли… Ни богов, ни людей. И я вообще не могла понять, как здесь можно найти хоть кого-то.
Пока я, несколько заторможенно, обо всем этом размышляла, Кесс ушла уже далеко, и у меня в ушах вдруг раздался ее торжествующий резкий возглас, а вслед за ним — голос Кристо:
— Кесс обнаружила какой-то след. Она знает, как искать Черного Командующего. Идем за ней!
Наверное, в шлеме имелось переговорное устройство.
Несмотря на бодрость Кесс и покорность Кристо, мне оказалось очень тяжело переставлять ноги. И дело вовсе не в непривычной гравитации — как раз ее я вообще не замечала. У меня было очень четкое ощущение, что я иду на собственную казнь, и в тот момент мне стало предельно ясно, что я не доверяю Кесс, что ее уверенность и энтузиазм фальшивые. Но Кристо уже направлялся к ней, нетерпеливо поглядывая на меня, и я, видя, насколько важно для него выполнить это задание, задушила крик собственной интуиции, сказав себе, что у инопланетян все по-другому, и, может быть, они всегда проявляют эмоции так топорно, и ничего фальшивого в поведении Кесс нет.
Наконец, я же сплю. Что бы плохое ни случилось во сне, это не оставит даже следа, когда я проснусь.
Я заставила себя сойти с места.
Кесс шла впереди, и ее бодрые движения, вынужденно плавные, выглядели, как неумелая клоунада. «Ну да, — решила я, — все из-за того, что здесь приходится двигаться неестественно».
Низко над поверхностью, от какого-то из скалистых нагромождений, полз бледно-желтый туман. Он распространялся внизу во всех направлениях сразу, но, поднимаясь вверх примерно мне до коленей, растворялся в безвоздушной пустоте.
Я побрела, стараясь, насколько это возможно, смотреть под ноги.
Вообще-то Ася была права, назвав планету Янтарной. Все вокруг было словно из золотисто-коричневой смолы, застывшей в самых невообразимых формах. Среди множества идеально ограненных кристаллов попадались каменюки, похожие на большие кактусы или грибы.
Даже интересно: первая моя планета была пустыней (там, где мы с Кристо высадились), вторая — садом, а эта, третья, — горами…
Сделать из этого наблюдения какой-нибудь вывод мне помешал голос Кристо, раздавшийся в наушниках:
— Дина, быстро возвращайся а корабль!
Потом он что-то крикнул, обращаясь к Кесс, а я остолбенела и подняла голову.
Их обоих не было видно, но я понимала, куда они могли деться — «тропинка» в рассеявшемся под их ногами тумане вела к щели между двумя огромными желто-оранжевыми глыбами. Обернувшись, я увидела кораблик, от которого ушла не так уж далеко. Пойти туда одной?! Немыслимо.
В этот момент по земле прошла волна дрожи.
— Дина, ты меня слышишь? — прерывисто, словно задыхаясь, позвал Кристо.
— Да! — поспешно отозвалась я.
— Иди на корабль! — рявкнул он, но в этой резкой фразе было не столько раздражение, сколько боль.
— А ты? — крикнула в ответ я, причем ноги уже сами понесли меня к щели между камнями, и никак не к кораблю.
— Без меня! Кесс…
Он замолчал, а я, сообразив, что произошло нечто катастрофическое, побежала насколько могла быстро.
Уже через три шага меня сбила с ног новая волна, прокатившаяся по поверхности. Это было похоже на то, как если бы я непонятным образом стояла на воде, реке, например, и она волновалась.
Подумав так, я вскочила и побежала вперед.
Третья волна. Я снова упала. Что ж, теперь ясно, почему планета называется Пульсирующей.
Вновь поднимаясь на ноги, я увидела Кесс, протискивавшуюся в щель. Я не стала терять времени до следующей почвенной конвульсии и кинулась вперед на четвереньках, а следующий удар кинул меня прямо на Кесс. Она вцепилась мне в рукав, и, глядя выпученными от страха глазами, стала тащить в обратную сторону, к кораблю. Я вырвалась, пнув ее ногой в грудь, и ужом проскочила в проход.
— Кристо!!! — завопила я в шлем, хотя так орать, конечно, было бессмысленно.