– Служил в российской армии. Спецназ. Вы подробно об этом знаете. Полная информация об этом у вас есть. Вышел в отставку. Просто так отдыхать я не люблю, не привык. Поэтому – искал приключений. Побывал в ряде горячих точек на Земле, воюя за разные стороны. Наемником, короче. Но так мне было не очень интересно, когда не знаешь за что воюешь. К деньгам-то я равнодушен. Потом перебивался в нескольких охранных структурах. Воспитывал новичков, передавал опыт… Опыта-то у меня много. И владение оружием, и навыки рукопашного боя, и психологическая устойчивость в боестолкновениях. Но там тоже стало скучно. Устроился к р'хнэхрам этим самым. Охранником. Соблазнился сытой, спокойной жизнью и несложной работой, но в то же время на неизведанной мною другой планете, где есть огромные трудности с одной стороны, но с другой стороны – есть комфорт, приличные, почти домашние условия, хорошая еда, неплохие дополнительные деньги… Чем не предпенсионный отдых для спецназовца? Да к тому же – пришельцы, как-никак, а я всегда был неравнодушен к фантастике, ко всем этим НЛО и к другим цивилизациям. А тут они – прямо под боком. И пообщаться можно.
– Кто устроил вас к р'хнэхрам?
– Один из моих старых знакомых по кличке Уленшпигель. Вы уж извините, но большинство тех, с кем я работал, будучи наемником, и тех, с кем я служил у р'хнэхров, предпочитали называть себя кличками, а не настоящими именами с развернутыми биохарактеристиками. Уленшпигель – также бывший спецназовец, вот и все, что я о нем знаю. Он сам уже несколько лет работал охранником у р'хнэхров, но уже уходил на отдых, вот и предложил мне попытаться занять его место. Я попытался, и они меня приняли.
– Кого вы еще можете назвать из тех, с кем работали на Венере?
– Много. Но все, в основном, по кличкам. Из близких знакомых это и Ларчик, и Еврей-оленевод, Табуреткин, Димыч, Хэльга, Натан, Федя… Да много их служило и служит р'хнэхрам за деньги. Да, вообще-то, как я слышал, ваши спецслужбы достаточно цепко отслеживают ситуацию вокруг р'хнэхров, так что ваша информация должна быть намного точнее, чем моя. А я в души людям не лез, служил с теми, с кем судьба сводила, и с кем р'хнэхры ставили в одну смену.
– Чем вы занимались у р'хнэхров?
– Официально – внешней охраной.
– А неофициально?
– Хм… Понимаете, мы ведь не дети маленькие… У них там защита нехилая и без нас, сторожей. Да и оружие внутри очень серьезное имеется, намного серьезнее той ерунды, которая была у нас во внешней охране. Нас-то внутрь колонии не пускали, как и всех остальных землян. Только снаружи. Возможно, нас держали просто для порядка, чтобы создать вид, что как-то зависят от нас. Возможно – готовили для чего-то иного, чем только охрана колонии… Но я ведь человек военный. И понимаю – если завтра меня вывезут на какой-нить Альдебаран и прикажут отстрелить часть тамошних баранов, то хочешь, не хочешь, а приказ выполнять придется. Да хотя бы потому, что в таких вещах все одинаково – или ты убьешь противника, или противник – тебя. Причем, мне первый вариант как-то больше нравится.
– А знаете ли вы, что Межпланетное Содружество подписало с р'хнэхрами документы о запрете вербовки у нас наемников для использования их вне Солнечной Системы? – это Памятных задал свой первый вопрос.
– Нет, не знал. Но разве уследишь за тем, куда они нас могут перевезти и какими методами?
– А знаете ли вы, что спецслужбы Земли тщательно отслеживают все передвижения как р'хнэхров, так и всех тех, кто находится у них на работе? И исчезновение группы наемников не может пройти бесследно?
– То, что за р'хнэхрами и нами тщательно следят, мы знали. Возможно, это определенный выход для нас. Но кто знает, какими технологическими преимуществами они обладают? Как бы там ни было, занимались военной подготовкой мы вволю. И стреляли много, причем как из самых различных земных систем, так и из явно неземных, хотя и не очень большой мощности. В том числе умели стрелять и из древнего оружия, поддерживали владение холодным оружием и рукопашной борьбой.
– Хорошо, подробнее о вооружении и обо всех р'хнэхрских привычках вы еще поговорите с господином Памятных. А теперь вернемся к моменту, который был непосредственно перед вашими странными трансформациями. Итак, советую вам сразу говорить максимально честно. Вы ж понимаете, что тут вас и многочисленная аппаратура подробно записывает и анализирует, и, если нужно, мы ученых присовокупим, а если Император разрешит, то мы можем и спецметоды допроса применить, чтобы заставить вас говорить правду, правду и только правду. Итак? Что вы делали непосредственно перед этими самыми превращениями?