– Сколько же тут людей! – поразилась Лаура. – Даже не думала, что такое количество отдыхающих на Планетах. Космическое путешествие – это ведь так дорого.
– Отдыхать недорого можно на диване, – изрек Иося и первым спрыгнул на землю.
Платон забылся и подал руку Раисе, оставив Лауру самостоятельно выбираться из экипажа.
Раечка с подозрением во взгляде покосилась на Воронцова, но промолчала. Ее увлекла царящая на городской площади атмосфера. Играл духовой оркестр. Во временно установленных лавчонках шла бойкая торговля. Мрачные готические здания украшены разноцветными гирляндами. Даже жуткие морды горгулий преобразились за счет ярких повязок на ушах. На высоком круглом помосте за чертой площади – сухие дрова для будущего костра.
Всем вновь прибывшим раздавали костюмы. Мужчинам – черные инквизиторские плащи с железными заклепками. Женщинам – разноцветные мантии с застежкой- шнуровкой и обязательно либо широкополую шляпу, либо венок из листьев. Рая выбрала шляпку, Лаура предпочла цветистый венок.
Платон обратил внимание, что среди публики разгуливает полно мужиков с надменно-брюзгливыми минами в папских одеяниях.
Какое, однако, у некоторых раздутое эго, – усмехнулся сыщик.
Затрубили в трубы, забили в литавры, возвещая о начале представления, где главная ведьма созывает подруг на шабаш.
Когда Платон увидел верховную ведьму, убедился в правильности своих подозрений относительно того, что убивать будут именно Никитину.
Нановедьма удивительно походила обликом на Лауру. Длинные развевающиеся рыжие волосы, бледная кожа, утонченные черты лица, призывная походка.
Ведьма прошла к лесной опушке, предлагая сестрицам в мантиях следовать за ней.
Искусственная дива начала шептать какие-то заклинания, шепот разносился далеко вокруг, смешиваясь с шелестом вдруг начавшей опадать с деревьев листвы.
Небо неожиданно приобрело чернильный оттенок, а солнце затмила луна. Ведьмы, словно в трансе, задвигались в ритмичном танце.
Платон знал о спецэффектах, но и его проняло. Такое погружение!
Ведьмовская пляска длилась не менее двадцати минут. И все эти минуты присутствующих обволакивала лесная листва и шепот. Противиться не было сил, да и желания тоже. Дурман погружал в фантазии. Казалось, они реалистичны. Фантазии Платона были связаны с одной белокурой особой и ему очень нравилось в них участвовать. Наверное, Никитину умыкнут именно сейчас, – отстраненно подумалось сыщику. Самый подходящий момент.
Наконец транс спал, и наступил триумф католического папы.
– Инквизиторы! Сжечь! – пафосно воздел к небу костлявые руки глава церкви. Не манекен. Настоящий человек.
– Сжечь! – возопили остальные папы.
– Объявляем охоту! – выступил вперед высоченный детина в инквизиторском одеянии.
– Охота! Охота! Охота! – распалено скандировали ряженые.
Даже Платон присоединился, так увлекало всеобщее единение толпы.
Нановедьма гортанно закричала, подавая тем самым сигнал остальным бесовкам.