Я мог догадаться, но мне нужны были те причины, которые он назовет.
— Да просто сами подумайте, мистер МакГроу. Подумайте о том, что это означало бы. — Его тон был больше академическим, нежели восторженно фанатичным.
— Есть ли у вас представление, насколько это продвинет наши попытки разрешить загадку Космострады? Разве это не стало бы открытием веков? — Он оперся о стол и поднялся на ноги, а лишняя сила тяжести для него самого превращала его массивное тело в изрядную обузу.
— В какую сумму вы оценили бы карту, мистер МакГроу? — он стал расхаживать по кабинету, сложив на груди массивные руки.
— Ну ладно, допустим, такая карта пользуется большим спросом, чем горячие пирожки, — я чуть не поперхнулся затяжкой. — Допустим, вы узнали с ее помощью, что Космострада разветвлена по всей вселенной, вы найдете миллионы прочих рас, живущих во всех ее уголках. Чем больше, тем веселее. Мы бы и так их нашли раньше или позже.
Петровски поднял палец и помахал им.
— Подумайте. Подумайте, к чему еще могла бы привести находка такой карты.
Я был уже окончательно сыт по горло всем этим. Я не ответил. Все, что я мог в данный момент придумать — это то, что в один миг Дарла была в моих объятиях, а в следующий момент я смотрел, как она погибла. Петровски начал говорить снова, но я его не слышал. Дарла…
— Вы можете представить себе все это? Вы же должны понять, что возможности просто потрясают.
Он остановился и стал раскачиваться взад-вперед на каблуках, немного рассерженный, что я не обратил на него должного внимания.
— Я сказал, что есть возможность предполагать, что карта приведет нас к самим строителям Космострады.
Я глубоко затянулся, мои легкие уже получили достаточно яда, чтобы выдержать такой удар.
— Ага. А они себе спокойно держат магазинчик придорожных товаров на Межзвездной улице, 84.
— Магазинчик? — он зашел за свой стол. — Разумеется, это шутка. Но разве вы не видите, что такая возможность делает карту бесценной?
— Но ведь строители Космострады давно мертвы, по крайней мере, так гласит молва.
— Да, но остатки их цивилизации? Наверняка что-нибудь да уцелело. Уцелела же Космострада? Подумайте только обо всех тайнах, мистер МакГроу. Тайны самой технологически совершенной расы во вселенной. Может быть, вообще такой больше не существует и не будет существовать.
Ну что же, теперь я знал цену мифической карты. Причем оценка полковника совпадала с моей.
Он наклонился над письменным столом, подпершись руками, огромные волосатые лапы разлеглись по крышке стола. Он внимательно посмотрел на меня.
— Кто сконструировал порталы? — продолжал он. — Только та раса, которая смогла взять верх над самыми основными законами жизни во вселенной. Рассмотрим цилиндры. Такие плотные массы, как эти, могли бы существовать только в черных дырах. И тем не менее цилиндры явно дело чьих-то рук, это не самопроизвольные образования. Как их сконструировали? Почему они не разрушают тех планет, на которых находятся? Какие титанические силы поддерживают их в нескольких сантиметрах от земли? Все это вопросы, мистер МакГроу. Тайны. А вам самим никогда не приходилось задумываться над этим?
— Да, приходилось, частенько, — сказал я. — Но у меня есть еще один вопрос — к вам. Почему во имя священной вселенной все на свете думают, что именно я — тот человек, у которого есть ответы на все ваши вопросы? Почему вы так думаете?
Петровски тяжело опустился в скрипучее вертящееся кресло, вынул еще одну сигарету и прикурил ее.
— Я-то, кстати, — сказал он между одной бешеной затяжкой и другой, — так и не думаю.
— Вы — нет? — я затянулся трижды. — Вот как?
— Но это мое личное мнение, понимаете? — он выпустил бледный дым метра на четыре через всю комнату. — Я отношу карту Космострады к таким же явлениям, как, скажем… копи царя Соломона, золото Монтесумы, философский камень и так далее. Как это по-английски говорится? А, сказки для маленьких детишек. Нет, есть еще одна поговорка…
— Достаточно будет сказать, что это — «погоня за несбыточным». Я понимаю, но это не ответ на мой вопрос. Почему я? Почему вы думаете, что эта вещь именно у меня?
— У вас, возможно, есть что-то. Или, если выражаться точнее, возможно, вы хотите, чтобы люди считали, что у вас что-то есть. Убедительная подделка — хотя мне даже трудно представить, как она может выглядеть — может принести вам немалую сумму денег. А что касается вашего вопроса, я могу только говорить про колониальные власти. Мы занимаемся вами именно на основе этих слухов.
— Что?! Я такому поверить не могу.
Петровски вытащил рывком сигарету из ее уютного гнездышка в усах и выпустил на меня дым.