Но Родители нежно любили их и наблюдали за их ростом и взрослением на расстоянии.
Однако мышление Малышей-гроалтеррийцев, в сравнении с уровнем разума и социального поведения, присущими усредненному обитателю Федерации, не отличались ни дикостью, ни ограниченностью. В течение многих тысяч стандартных земных лет, в течение долгого ожидания, длящегося от момента рождения до обретения зрелости, на Малышах лежала ответственность за развитие науки и техники на Гроалтере. В этот период они не вступали в общение со взрослыми, а физические контакты отличались жестокостью и сводились к хирургическим операциям, предназначенным для продления жизни Родителей.
С таким поведением, – сделав небольшую паузу, проговорил Лиорен, – я никогда не сталкивался. Вполне очевидно, что Малыши относятся к Родителям с величайшим уважением, высоко ценят их, повинуются им и пытаются оказать им любую посильную помощь, на что Родители откликаются исключительно пассивно и порой крайне неохотно позволяют себя оперировать.
Малыши пользуются устной и письменной речью, а Родители вроде бы обладают колоссальными умственными способностями, включая и телепатию. Телепатией они пользуются для обмена мыслями между собой, для надзора за жизнью в гроалтеррийском океане, а также для сохранения любого неразумного существа.
По какой-то причине Родители не прибегают к телепатии для разговора с детьми, и кстати говоря, и для бесед с пытающимися вступить с ними в контакт специалистами Корпуса Мониторов, которые в настоящее время находятся на орбите Гроалтера.
Такое поведение совершенно беспрецедентно, – беспомощно завершил свой рассказ Лиорен, – и лежит за пределами моего понимания.
О'Мара обнажил зубы.
– Уточним: за пределами вашего нынешнего понимания. Тем не менее ваш отчет меня очень заинтересовал, он представляет большую ценность для специалистов по контактам. Теперь их неведение в отношении гроалтеррийцев уже нельзя считать полным. Корпус будет очень благодарен своему бывшему хирургу-капитану. Что касается меня, то я впечатлен, но недоволен, поскольку отчет самого младшего сотрудника моего отделения, практиканта Лиорена, далеко не полон. Вы по-прежнему пытаетесь скрыть от меня важные сведения.
Что ж – Главный психолог наверняка лучше разбирался в тарланской мимике, чем Лиорен – в человеческой. Лиорен молчал.
– Позвольте напомнить вам, – проговорил О'Мара, слегка повысив голос, – что Геллишомар – пациент и что на нашем госпитале, сотрудниками которого являются Селдаль и мы с вами, лежит ответственность за лечение этого пациента.
Селдаль явно полагал, что, помимо клинических проблем, в данном случае существуют психологические. Он видел результаты ваших бесед с Манненом и, понимая, что не может обратиться ко мне официально из-за того, что вверенное мне отделение ведает только психическим здоровьем сотрудников, обратился к вам с просьбой поговорить с больным. У нас тут не психиатрическая больница, однако Геллишомар – особый случай. Это первый гроалтерриец, заговоривший с нами – а точнее, с вами. Я хочу помочь ему не меньше вас, и у меня больше опыта в понимании чужой ментальности. Интерес к данному больному у меня чисто профессиональный, так же как и мое любопытство в отношении любых сведений личного характера, которые, вероятно, вам поведал больной. Эти сведения будут применены в тактике лечения и никому больше не будут разглашены. Вам ясна моя точка зрения?
– Да, – ответил Лиорен.
– Очень хорошо, – сказал О'Мара, поняв, что Лиорен больше ничего не скажет. – Если вы настолько упрямы и непослушны, что не исполняете распоряжения руководителя, то, может быть, вам хватит ума сделать некоторые предположения. Спросите больного, откуда у него взялись ранения, если вы до сих пор не сделали этого и теперь не скрываете от меня ответ. И еще спросите у него, сам ли он нарушил гроалтеррийское молчание и попросил о медицинской помощи, или за него это сделал кто-то другой. Специалисты по контактам озадачены обстоятельствами, при которых поступил вызов и выражение намерений.
– Я пытался задавать такие вопросы, – отозвался Лиорен. – Больной разволновался и отвечал только, что лично он никакой помощи не просил.
– Что он сказал? – быстро вмешался О'Мара. – Повторите в точности, что он сказал.