– Прекрасно, – спокойно проговорил Конвей. – Если бригада готова, мы немедленно приступаем. Доктор Селдаль, буду вам чрезвычайно признателен, если вы начнете.
Повсюду вокруг медиков были разложены инструменты, необходимые для операции: дрели, резаки и отсосы – настолько объемистые, что многими из них должны были управлять отдельные операторы. На взгляд Лиорена, обстановка скорее напоминала приготовления к началу глубинного бурения, нежели к операции. Однако слова диагноста стали примером – еще одним примером того, что Приликла назвал не выраженным словами удовольствием. Хирургическая бригада находилась в полной боевой готовности. Селдаль уже получил исчерпывающие инструкции относительно своей роли на каждом этапе вмешательства.
«Вежливость, – подумал Лиорен, – это, конечно, своего рода смазка. С ее помощью уменьшается трение, но тратится время».
Несмотря на то, что Лиорен много раз видел Геллишомара и понимал, что гроалтерриец – настоящий великан, размеры операционного поля произвели на тарланина шоковое впечатление. Площадь кожного мышечного лоскута, снятого с целью обнажения поверхности черепа, превышала площадь любого из декоративных ковров, украшающих комнату Лиорена.
– Доктор Селдаль контролирует подкожное кровотечение путем тампонады капилляров, подвергшихся надсечению, – начал свой комментарий Конвей. – Капилляры у данного пациента внешне скорее напоминают магистральные кровеносные сосуды. Я в это время осуществляю вертикальное сверление черепной кости до менингеальной оболочки головного мозга. Сверло оборудовано визуальным датчиком, подсоединенным к главному монитору, на экране которого мы увидим момент, когда сверло достигнет поверхности оболочки... Достигло.
Сверло удалено и заменено скоростной пилой идентичной длины, – спустя несколько минут продолжил комментарий диагност. – Пила используется для расширения просверленного отверстия латерально с тем, чтобы в черепной коробке образовалось круглое отверстие нужного диаметра. Размеры полученного отверстия позволят после удаления костной пробки проникнуть в раневое отверстие и производить дальнейшие действия. Есть. Пробка удалена и будет помещена в холодильное устройство вплоть до ее возвращения на место. Как себя чувствует пациент?
– Эмоциональное излучение друга Геллишомара, – быстро отозвался Приликла, – указывает на ощущение либо незначительного дискомфорта, либо дискомфорт более значителен, однако пациент сдерживается. Кроме того, наличествуют ощущения волнения и неуверенности, типичные для создавшихся обстоятельств.
– Ответ с моей стороны, – возвестил Геллишомар, открыв ближайший к видеоэкрану глаз, – представляется ненужным.
– Сейчас – да, – согласился Конвей. – Но впоследствии мне понадобится помощь, которую никто, кроме вас, не обеспечит. Постарайтесь не волноваться, Геллишомар. Вы держитесь молодцом. Селдаль, прошу вас на борт.
Лиорену вдруг захотелось найти какие-нибудь слова, способные приободрить Геллишомара. Да, он уговорил О'Мару и Конвея, уговорил в конце концов и самого Геллишомара и тем не менее за все, что сейчас происходит, считал ответственным себя. Но тарланин не мог взять и вмешаться в переговоры хирургической бригады и не имел права открывать второй канал связи до тех пор, пока Геллишомар не позовет его по имени. Лиорену оставалось только сидеть смирно и молчать.
Костную пробку, по виду напоминавшую ровно срезанный пень громадного дерева, оттащили к холодильнику. Селдаля, три когтистые лапки которого связали для того, чтобы свести к минимуму площадь отбрасываемой им тени, подняли и усадили в ранец на спине Конвея. Непокрытыми остались только шея, голова и клюв хирурга-налладжимца. Точно такой же ранец с инструментами и пневматическим оборудованием висел на груди Конвея. Ноги диагноста связаны не были, зато были обуты в мягкие надувные сапоги. Конвей был облачен в мягчайшую одежду типа мягкого скафандра. Открытыми оставались только его руки и голова, которую, правда, покрывал прозрачный гладкий шлем, довольно-таки объемистый – в целях обеспечения адекватной освещенности и размещения переговорного устройства. Селдаль, верхняя часть тела которого от природы была острой, крепко прижался головой и клювом к шлему Конвея. На налладжимце были только защитные очки. Краешком клюва он сжимал трубку устройства воздухоподачи.
– В области операционного поля достигнута нулевая гравитация, – сообщил Конвей. – Вы готовы, Селдаль? Сейчас мы войдем в раневое отверстие.