— Есть ли выжившие? — спросил он.
— Вероятность обнаружения живых под завалами составляет 0,003 процента, — ответил дроид механическим голосом. — Здание подверглось комбинированной атаке: бомбардировка с последующей зачисткой боевыми дроидами. Предварительное количество жертв в здании 50000 человек, всего потери в городе 2,7 миллиона человек.
2,7 миллиона. За одну ночь.
Алекс кивнул и отошел. Он сел на обломок стены и смотрел, как дроиды разбирают завалы. Их движения казались бессмысленными - слишком много обломков, слишком мало времени, слишком мало надежды.
Он понимал. Понимал, что его родители мертвы, что их тела погребены где-то под тоннами обломков, что он их больше никогда не увидит. Но понимание это было каким-то отстраненным, словно касалось не его, а кого-то другого. Он пытался им набрать. Вдруг они были в гостях или уехали куда-то еще? Но надежда была призрачной.
Время шло. Солнце поднималось выше, но Алекс продолжал сидеть и смотреть. В какой-то момент в его поле зрения попал большой голоэкран на соседнем здании, которое чудом уцелело. На экране появилось лицо канцлера Палпатина.
— Граждане Республики, — говорил канцлер, его голос звучал скорбно и торжественно одновременно. — Сегодня ночью мы стали свидетелями ужасающей трагедии. Сепаратисты нанесли варварский удар по мирному населению Кореллии, нейтрального мира.
Палпатин сделал паузу, словно подбирая слова.
— Мы были готовы мириться с выбором этой системы, уважать их право на самоопределение. Но, как видите, это никого не спасает от жестокости наших врагов. Сепаратисты не делают различий между военными и гражданскими целями. Для них мы все - враги, подлежащие уничтожению.
На экране появились кадры разрушений, горящие свечки небоскребов, тела на улицах, плачущие дети.
— Это война на уничтожение, — продолжал канцлер. — И мы должны ответить соответственно. Республика не забудет эту трагедию. Республика не простит.
Алекс выключил звук на своем коммуникаторе. Ему не нужны были речи политиков. У него была своя, личная война.
Где-то в глубине сознания зарождалась мысль. Медленная, как лава, но неотвратимая. Кто-то в этом виноват. Кто-то отдал этот приказ. Сепаратисты? Пусть будут пока они, но он хотел знать кто конкретно. Они убили его родителей. Тактика террора для отвлечения внимания. Побочный ущерб. Статистика.
Алекс сжал кулаки. Он был никем по сравнению с теми, кто развязал эту войну. Простой студент против военной машины Конфедерации независимых систем. Но если когда-нибудь представится возможность... если он сможет осложнить жизнь этим тварям... он сделает все, чтобы они сдохли. Кто бы они ни были.
Домой он вернулся к вечеру. Общежитие наполовину опустело - многие студенты разъехались по домам или эвакуировались с планеты. Его маленькая комната казалась чужой и пустой. Почему-то институт не пострадал.
Следующие дни прошли как в тумане. Занятия в институте возобновились - администрация решила, что учеба должна продолжаться, несмотря на трагедию. Алекс посещал лекции, сдал экзамены, даже получил неплохие оценки. Но делал он все это механически, словно дроид, выполняющий заложенную программу.
Кайл Джанс, его однокурсник и один из немногих, кого можно было назвать другом, нашел его в студенческом кафе через неделю после рейда. Кайл был сыном владельца компании, производившей навигационные системы для кораблей - субподрядчик КЕК, вполне успешный.
— Алекс, — Кайл сел напротив него. — Мне очень жаль. Я слышал про твоих родителей.
Алекс кивнул, не поднимая глаз от чашки кафа.
— Спасибо.
— Если нужна помощь... финансовая или любая другая...
— Не стоит, спасибо.
Кайл помолчал, явно пытаясь придумать продолжение разговора.
— Не понимаю зачем эта бойня, — заговорил Алекс. — Какой смысл был в этом рейде? Они же не пытались захватить планету. Нанесли удар и ушли. Зачем? Слышал что-нибудь?
Алекс наконец поднял глаза.
— Кое-что слышал, — Кайл понизил голос. — Мой отец сидит в совете директоров нескольких компаний. У него есть связи в правительстве. Он рассказал мне кое-что... по секрету.
— Что именно?
— Пока сепаратисты устраивали резню в жилых кварталах, — Кайл замолчал на секунду, смотря на реакцию Алекса, тот молчал. — их спецназ проник на верфи КЕК. Они выкрали производственные шаблоны для некоторого оборудования и само оборудование. Террор в секторе космопорта был отвлекающим маневром.
Алекс почувствовал, как что-то сжалось у него в груди. Он даже подозревал, какое оборудование было украдено. Но это не важно.