Чтобы пройти маршем по извилистым улицам от ворот до площади Храма, понадобился почти час. Маккинни послал вперед группу, которой надлежало очистить площадь, и наконец войска и повозки вышли к Храму.
– Праздновать будем вечером, – сказал он своим офицерам. – А сейчас накормите людей, и пусть отдохнут.
– Мы одержали великую победу, – возразил один из рыцарей. – Мы заслужили такую же награду.
– Конечно, – кивнул Маккинни. – Для рыцарей сделаем исключение. Но мы не можем полностью распустить армию. Марис ушли, на сегодня это так, но нужно быть настороже, любой клан может мгновенно изменить решение. Мы устроим пир на славу. Я пришлю целый погреб вина. Пусть один из вас пригласит всех солдат-храмовников, кто захочет присоединиться к нам. Не сомневаюсь, что храмовники захотят повеселиться, так пусть пируют с нами.
Натан распустил офицеров, оставив одного Старка.
– Теперь мне нужен штаб, – сказал Маккинни.
– Так точно, сэр. Они готовы. Все спланировано.
– Отлично. Пусть отправляются. И пошли гонца к имперским церковникам.
– Ваше святейшество, – сказал Маккинни, обращаясь к Кастелиано, – теперь вы – главный в Храме.
Архиепископ изумился.
– Как вас понимать? – переспросил он.
– Из войск в городе остались пара сотен арбалетчиков, столько же мечников, рыцари и моя армия. Большая часть армии – включая мечников-храмовников – пьянствует на площади Храма. Единственная боеспособная часть – это моя штабная гвардия.
– Но что это означает? – спросил Лорейн.
– Это означает, что Храм в наших руках, – объяснил Маккинни. – Кто нам противостоит? Рыцарям невозможно тягаться в уличной драке с копейщиками, а те останутся верны мне в любом случае.
– Но вы ведь не собираетесь нападать на Храм? – запротестовал Лорейн. – Я не желаю восходить в алтарь по колено в крови.
– Если понадобится, придется. Мы уже разослали отряды копейщиков на ключевые посты в городе. Храм – уже наш. Осталось объявить совету и этому их Папе, кто тут главный.
– И ваши люди вправду станут драться с Храмом? – спросил Кастелиано.
– Большая часть будет, – ответил Старк. – Вспомните, кого мы набрали. Это в основном рабы и крестьяне в последней степени обнищания. Они только что одержали победу – под командованием торговца. И будут драться за него.
– Но мы не хотим крови, – продолжил Маккинни. – Потом будет трудно удержать войска от грабежа, могут начаться пожары. Гражданские войны всегда такое неприятное зрелище…
– Нет. Крови не надо, – ответил Кастелиано. Он задумчиво почесал подбородок. – Вы еще не поставили правящий совет в известность о текущем положении дел? Хорошо. – Он повернулся к Лорейну и Делуке. – Быстро отправляйтесь и принесите церковные облачения. Лучшие, какие у нас есть, и самые дорогие причиндалы. Торговец Маккинни, вы одолжите нам несколько человек для сопровождения? Вам бы тоже не мешало принарядиться, это полезно. Если рассчитываешь уладить все без кровопролития, следует выглядеть внушительно.
– Надеюсь, – ответил Маккинни. – Старк проследит, чтобы вы получили от нас все, что вам нужно.
– Отлично.
Кастелиано вышел на стену и взглянул вниз на двор. Ворота не охранялись, стража покинула пост. Гражданские, мечники-храмовники, арбалетчики, рыцари, обозники – все плясали в огромных хороводах, останавливаясь только затем, чтобы зачерпнуть чашу вина из открытых бочонков.
– Взгляните вон туда, – тихо проговорил Маккинни. Он указал на широкую стену высоко над площадью. На каждом углу стены стояли по пяти копейщиков и щитоносцев с суровыми лицами.
– Вижу, – кивнул Кастелиано, продолжая смотреть во двор. – Я вижу и то, что вы не привели обратно ни одного мечника и арбалетчика Храма. Как погиб отец Сумбаву?
– Он и его люди угодили в засаду и были убиты кочевниками, – медленно ответил Маккинни.
– Но вы в засаду не попали?
– Сумбаву захотел отвезти продовольствие в город. Я отправился ему на помощь, но было поздно. Мы отомстили за него, но спасти не смогли.
– Понимаю. Тысяча смельчаков, которые хорошо вам послужили. Городу пришлось дорого заплатить за победу.
– Чертовски дорого, – пробормотал Маккинни. – Но Бог свидетель, другого пути не было. Вы же видели этих фанатиков-храмовников. Нам пришлось бы перебить их всех, прежде чем они позволили бы нам прикоснуться к их священным реликвиям.