- А потом? – спросил Вам Кого.
- Не знаю, - ответила девушка. – Потом я на «Парк Культуры» поехала, книг кое-каких купить. И не доехала до сих пор…
- И что там было шифр изобретать? – не понял Эдуард Валентинович. – Достоверно же известно, что если в древнееврейском тексте читать каждую седьмую букву, получишь зашифрованное послание.
- Ну, если бы я писал книгу, - сказал вдруг я, - я бы уж шифр посложнее выбрал, чем каждая седьмая буква, - и подумал про себя ещё раз, что и правда, надо обо всех наших похождениях написать книгу.
- А у тебя есть что полезного зашифровать? – с издёвкой спросил Конотоп.
- Уж нашёл бы, - надулся я.
- Вот бесполезный путь выбрал для себя человек, - хмыкнул Илья Владимирович. – Главное в жизни что? Строить будущее. Участвовать в социалистическом соревновании, кто построит его быстрее и лучше. А что смысла копаться в этой гнилой Библии, которая и так-то сплошная выдумка, так ещё и неизвестно чья?
- Не соглашусь, - сказал Эдуард Валентинович. – Многое из Библии подтверждается документально.
- Ага, - кивнул Илья Владимирович. – Особенно божественная природа Иисуса Христа. Ну же, докажите мне, что он сын Бога.
- Сын он или не сын, - встряла тут товарищ Крыленко, - а оскорблять святые вещи я не позволю. Я воспитана в христианских традициях воздержания и смирения.
- Оно и видно, - хрюкнул Илья Владимирович.
- Я попрошу не переходить границ приличия, - товарищ Крыленко почесалась под левой грудью и сделала надменное лицо. – Если во мне лишний вес, это не значит, что я не могу быть воздержанной. А то, что я выпиваю иногда лишний литр пива за обедом, так это как раз та небольшая мирская радость, которую иногда не грех себе позволить. Я бы на вашем месте поостереглась упрекать других, у вас и самого, небось, дрова в каждом глазу. Знаете, что бывает с теми, кто против нас? Вот у нас в деревне, к примеру, жил один священник. Дрянь человек, худущий, всё книжки тоже читал. И прошёл как-то по деревне слух, что он разбавляет святую воду обычной водопроводной. А народ у нас там сильно верующий. Так что привязали нашего священника за ноги к дереву, да так и оставили, пока дух не испустил. Милиция приезжала, свидетелей не нашла. Вот это настоящая вера, - она обвела всех грозным взглядом и принялась чесать попу.
- Чушь собачья, - буркнул Илья Владимирович и отвернулся.
Наступила тишина. Я подумал, что как раз подходящий момент вставить слово.
- Э… - сказал я. – Я вот тоже думаю, что в наше время верить как-то глупо. Ведь мы же теперь знаем, как мир устроен. Ну, там, маразматическое пространство и всё такое…
Конотоп повернулся в мою сторону, и я прочитал на его морде непонимание и удивление.
- Володя, да ты, оказывается, просто фантастический идиот. Я не знаю, что появилось раньше - Бог или вера в него, но с точки зрения маразма это и неважно. Ты давно уже должен был понять, что в маразме вероятность чего-то определяется, прежде всего, верой. Если столько людей верит в Бога - значит, его просто не может не быть. Даже если изначально его не было, он всё равно в какой-то форме возникнет. И то, что тысячи людей в монастырях и храмах молятся ему, прося о чем-то хорошем - это, знаешь ли, огромная сила. Может быть, и Земля-то жива сейчас только благодаря этому.
- И он всемогущий? – усомнился я. – Он может остановить маразм? Может, и нам просто помолиться, чтобы маразм закончился?
- Это не помешает, конечно, - усмехнулся в усы Конотоп. - Но боюсь, что в нас недостаточно веры.
- А вот вы знаете, - сказал Константин, - что на самом деле Игги Поп – не настоящий поп? И если Бога нет, то как же лыжники ада?
- А я раньше т-тоже в Бога не верил, - сказал Володя. – Пока мне ангел не явился.
- Вот, начались басни, - проворчал Илья Владимирович. – Какой ещё ангел? Что вы тут выдумываете? Скоро про летающие тарелки заговорите тут.