Сам Дурак защёлкнул замок и стал открывать нижний.
- Пристегнись к понтону, - сказал он. – А это что у тебя?
Я всё ещё сжимал в руке чёрный пульт.
- Володя, ты молодец! – завопил Сам Дурак. – Это же пульт от Седьмой Плиты! А я-то жалел, что не смог её найти... Скорее, сейчас всё взорвётся... Сунь его в карман на ноге.
Мы вывалились в космос, не став заботиться на этот раз о том, чтобы закрыть за собой камеру. Усевшись на понтон, я почувствовал, как он резко рванул подо мной вперёд. Я обернулся и увидел исходящую из его заднего конца яркую струю.
- Так он реактивный? – удивился я.
- Да, - ответил Сам Дурак. – Кстати, мы в открытом космосе.
- И что?
- Шлем закрой!
Я захлопнул стекло гермошлема, пытаясь сообразить, как же я не лопнул от перепада давления и не задохнулся, но меня отвлёк взрыв сзади, который швырнул нас вместе с жалкой оранжевой палкой в сторону и закружил.
«Лакера» разваливалась на мелкие части, и в трещинах виднелось ослепительное пламя. Струи осколков разлетались в разные стороны, и среди них можно было рассмотреть части тел лаков. Я вспомнил бездонные белёсые глаза Олакур и застыл, вцепившись пальцами в ручки надувного понтона, который уносил нас прочь, к скоплению имперских кораблей, и чувствовал, как по моей щеке текут солёные капли.
Выйдя из шлюза на нашем крейсере, я сбросил шлем и принялся стаскивать скафандр. Меня трясло, и Сам Дурак это заметил.
- Володя... – сказал он, стараясь поймать мой взгляд. – Я всё понимаю... Но сейчас нужно держать себя в руках. Мы должны выиграть войну.
- Не хочу никакой войны... – пробормотал я.
- Её никто не хочет, - сказал Сам Дурак. – Именно поэтому нужно победить как можно быстрее. Пошли, доложим Председателю.
Я брёл за ним к рубке, держа в одной руке пульт, в другой – флистер.
- Кстати, - заметил я, – подло подсовывать неработающий пистолет.
- Он работает, - отозвался Сам Дурак, входя в рубку. – Небось, с предохранителя забыл снять?
Я щёлкнул рычажком на боку и потрогал пальцем курок. Из ствола вырвался яркий зеленоватый сгусток и просвистел над головой Вам Кого, который едва успел пригнуться. На стене задымился пластик.
- Вы что, рехнулись? – накинулся на меня Вам Кого.
- Прошу прощения, - сказал я. – Нервы, наверное.
- Ладно... Вы, я смотрю, здорово разозлили лаков. Плиту видели?
- Нет, - ответил Сам Дурак.
Вам Кого подвёл нас к иллюминатору.
- Вон она.
Я прищурился. Вдали, посреди рассыпавшихся по черноте пространства осколков «Лакеры», парила маленькая точка, казавшаяся ещё темнее, чем окружающий космос. Я почти не мог разглядеть её, но всё равно она завораживала...
- Ясоний выкрал с «Лакеры» пульт от неё, - сообщил Сам Дурак. – Дай, пожалуйста.
Я протянул Вам Кого пульт.
- Надо же. Даже от Ясония бывает польза, - восхитился Вам Кого. – Это резко меняет ситуацию.
Он нажал на пульте несколько кнопок, и мы увидели, как Плита начала увеличиваться в размерах, приближаясь к нам.
- Ну, теперь мы повоюем... – пробормотал Вам Кого.
Плита плыла в нашу сторону ровно, плавно, без рывков, нематериальная, словно бы нарисованная поверх остального мира, и в то же время ещё более реальная, чем он. Скоро она коснулась корабля и стала проходить прямо сквозь его корпус, будто его не существовало. В рубке показался её угол, затем вся Плита, и, наконец, она заняла почётное место в центре, зависнув над полом.
- Красиво, - тихо сказал я, вглядываясь в мерцающие экраны, лампочки, подсвеченные клавиши. - А кто её создал?
- Долгая история, - сказал Вам Кого. – А вообще-то никто точно не знает...
На пульте управления крейсером запищал противный зуммер.
- Снова сообщение от лаков, Председатель, - доложил капитан Дубудам.
- Что там?
- Там всего одно слово. «Умрите».
- Ага! - Вам Кого торжествующе улыбнулся. – Не понравилась им ваша вылазка. Сейчас будут Второй Плитой нас пугать. Посмотрим–посмотрим.
Я не понимал его азарта. Нас хотели убить за то, что мы убили лаков. Не находил в этом ничего весёлого. С другой стороны, и Сам Дурак тоже был прав – нам приходилось сопротивляться, поскольку иначе мы бы погибли сами и потеряли Землю, а может, и не только её.
Я впервые почувствовал себя чем-то важным во всей этой истории. Ведь фактически я помогал спасти свою планету. И Москву, и Кременчугскую улицу, и Фёдора, и Тамару...
Корабль дёрнулся, да так сильно, что я еле устоял на ногах. На мгновение погас свет, затем всё успокоилось, и лишь мы стояли посреди рубки, испуганно глядя друг на друга.
- Что произошло? – спросил я.
Вам Кого прокашлялся:
- Думаю, лаки применили свою Плиту. Вопрос только в том, как именно.