Герда захихикала и лизнула горячий металл языком и прочирикала:
- Нам не страшен даже ад! Даже ад! Вечно пламенем объят! Да, объят!
Шарлота взяла и прочирикала:
- Какая боль, какая боль!
Кристина скакала босиком по раскаленным углям и смеялась. Ну и ноги у вечно босых девчат, подошвы прочные, словно мозоли верблюда. И вообще, это воительницы высшего класса!
Потом девчонки снова искупались в реке. По небу пролетали штурмовики. А на большой высоте грозные ТА-400. Они летели бомбить советские города за Уралом. Тактика постоянных, изматывающий бомбардировок, с применением напалмовых бомб вела к истощению России. Так заводы постепенно уходили под землю, немцы бомбили рабочие кварталы, чтобы уничтожить, как можно больше людей. Использовали зажигательные бомбы и тяжелые радиоуправляемые. Чего только фашисты не изобретали. Например, маленькие яйца с кумулятивной взрывчаткой.
На ТА-400 даже разместили самую тяжелую бомбу в мире, весом в пятнадцать тонн. Ее сбросили на Ульяновск. Снесло половину квартала. Так фашисты постоянно борзели.
Но, похоже, Третий Рейх столкнулся с такой силой, против которой напалм бессилен.
Да и ракеты Фау вовсе не то, что могло бы дать хоть какой-то перелом в войне на истощение.
Дэн сражался в окопе под Ленинградом. Рослый мальчишка, не по годам крупный и мускулистый, больше думал о девушках, чем о драке. Немцы обстреливали город, россияне отвечали. Конечно, орудий у фашистов было больше, и калибры немалые.
Дэн стрелял из снайперки – длинной, автоматической винтовки. Пули были особые, с урановым сердечником. Довольно дорогие, и их рекомендовалось использовать экономно.
Мальчишка вспоминал, как он занимался любовью прошлой ночью с русской девушкой Аленкой. Тоже рослая и крупная баба, очень темпераментная. Дэн весьма красив и фигурист, так что девушка охотно спала с ним. Но подлинной любовью это, разумеется, не было. Но Дэн умел доставить удовольствие девушке. Впрочем, куда бы Аленка делась? С элитным эсесовцем не поспоришь.
Но под Ленинградом, вообще, как-то немцам не везло.
Если Сталинград, где русские проявили упорство и сражались почти полгода, стал притчей на языках, то, что говорить о Ленинграде?
Оренбург немцы, в конце концов, тоже взяли, но потери, особенно, иноземных орд колоссальные. Фашисты, вообще, вопреки своим расовым предрассудкам, невольно были вынуждены признать: противник у них силен, мужественен и вполне полноценен.
Дэн подумал, что если Аленка забеременеет, то он будет даже рад. Хотелось продлить свой род, мало ли что может случиться на войне.
Подумалось также, и ради чего они пришли в русские земли? Может, не стоило после Лондона, пытаться взять еще и Москву? Разве мало у немцев и так земли?
Россия оказалась упругой страной, где каждый шаг вперед, давался очень тяжело.
Дэн метким выстрелом попал в голову какому-то мальчугану. Может, даже ровеснику. Со стороны русских все чаще сражались мальчишки. Видно и Сталин стал понимать, что от подроста больше толку на передовой, чем в тылу. Действительно, пацан за станком, лишь работяга низкой квалификации. А в бою на равных с взрослыми!
Дэн сделал очередную заточку на прикладе. Мысленно произнес:
- Сукин сын Фридрих! Ты все-таки удачливее меня!
А вслух добавил:
- Эх, стать бы летчиком!
И пацан показал сам себе бицепс! Довольно крупный и жилистый. Мальчишка-атлет стал делать гимнастику. К нему сзади подползала девчонка. Это была не красавица Аленка, а другая, конопатая, рыжая, высокая и худющая. Девчонка любовалась на Дэна. Трудно поверить что он еще мальчуган, которому нет шестнадцати. Выше среднего роста, с мускулами литой стали, загорелый юноша делал сальто. На Дэне одни плавки, а кожа гладкая, словно из бронзы, тонкая талия рюмочкой. Конопатая Светка не считалась красавицей – угловатая, от вынужденной диеты тощая, руки и подошвы ног в мозолях. Правда, глаза у нее зеленые и красивые, а черты лица правильные и ровные, как у девочки. Но до фигуристой, с золотистыми волосами Аленки, ей далеко.
Светка и хочет подойти к атлетическому мальчишке, и боится. Лицо у Дэна еще почти детское, с той неповторимой прелестью подростка переходного возраста, когда исчезает детская припухлость, но еще не проклюнулась портящая румянец свежей кожи борода. Если бы не короткая стрижка, то голову смазливого Дэна можно принять за девичью, с мужественным подбородком – насколько он красив.
Светка понимала, что она на его фоне безнадежно проигрывает, особенно из-за конопатости. Ох, вывести бы эту гадость с лица. Что она только не перепробовала.