Способны махаонов растерзать...
И не судите вы, девчонки строго,
Когда экзамен мы сдадим на пять!
Вот так девчонка очень ловко переводит на неприятеля свои ударные ракеты. А грудь у нее такая пышная и соблазнительная. И она нажимает на кнопки сосками, которые, словно переспелая клубника.
Виктория же командует фрегатом и тоже совершает агрессивные подвиги, и наносит сокрушительные удары по войскам махаонов. Девчонка Виктория имеет волосы четырех цветов - такие разноцветные и сверкающие.
Лучезарные крали
Девушка уверенно сражается и использует при надавливании соски груди, сверкающие, словно рубины. И насколько у нее восхитительная, высокая грудь - просто прелесть.
Виктория мурлыкает, когда ее соски лижет язык красивого эльфа, и напевает, скаля зубки:
- Долбани, долбани девушка по махаону,
Долбани, долбани, вам не избежать разгрома!
Если что, если что, я ракеты перепрячу,
И смогу, и смогу супостату врезать сдачу!
Августина кивнула и пискнула:
- Я самая сильная девушка в мире,
И эльфа заезжу до самых сосков...
Мочу супостата активно в сортире,
И в раз сочинила десяток стихов!
Маринка отключила голограмму этого кино, щелкнув пальчиками босых ножек, и проверещала:
- Надо бы фашистов добить! А это что?
Вместо гитлеровцев в атаку мчались орки и гоблины. И они несутся неисчислимой лавиной. Словно волосатое и вонючее цунами наползает.
И трясут эти орки и гоблины дубинками и поют:
Мы любим, грабить и воровать,
Для нас нет совести, поверь, и чести…
И наше дело за дублоны убивать,
Чтоб были все пираты вместе!
Мы полоснем кинжалом по тебе,
И кишки выпустим, без удержу девчонкам…
Нет никого нас злее на Земле,
Сам Авадон стоит скромнехонько в сторонке!
Мы всех, поверь, зарежем и спалим,
У нас все, это первым делом намечалось…
А где-то реет златокрылый херувим,
И от него корсар отрежет крылья малость!
Верь, не поддастся вам пират,
Ни ксендзам, ни другим, кто мелет лихо…
Да будет очень славный результат,
Чтоб не сидели флибустьеры тихо!
В войне, конечно, будет вам предел,
В сражении пират не может сдаться!
Противник, что-то в брани поредел,
Я показал, что наш корсар умеет драться!
Вот осадили мы пираты галеон,
Прирезали испанцев беспощадно…
Убьем, коль надо, даже миллион,
И никогда не скажем, хватит хлопцы, ладно!
Горит фрегат сейчас в огне,
В нем пламя очень лихо полыхает…
Мы клялись, видно Сатане,
Изгадить все, что было светлым раем!
Вот до чего все стало хорошо,
Мы девушек, конечно тоже любим…
Получит каждый в результате то,
Одарит его баба поцелуем!
Мы будем смело, верьте, побеждать,
Все делая гламурно и красиво…
Сдавая крови, сочинение на пять,
И раздувая себе рот спесиво!
Ведь с нами Морган, славный капитан,
Который города сжигал кострами…
Такой великий дан нам атаман,
Что топчется стальными сапогами!
Короче, есть пирата путь –
Давить, душить, не ведая пощады…
Нас не сумеет враг согнуть,
Ведь, знай, любые люди – значит гады!
Нам даже герцог, не почем,
Ему рога мы смело обломаем…
И крепко врежем в рожу кирпичом,
Что станет он всего лишь в печке попугаем!
Ну, а Людовик, сей король,
Пойдет пиратам просто на орешки,
Он не король, а просто ноль,
Поверь, не стоит даже жалкой черной пешки!
Короче, Морган лихо победит,
Любое войско, что нас пошлет противник…
Мы ведь корсары, словно монолит,
И зарядим для боя свой дробильник!
Для славы время будет, верь,
Получит каждый мира половину…
Пират, по сути, хищный зверь,
Коварно врежет тебе в спину!
Когда награбим до пупа,
Построим мы себе роскошные хоромы,
Навечно с нами Сатана,
И в мир войдет планета новый!
Тогда дети-монстры взяли и встретили их убойными потоками разрушительной гиперплазмы. И она с силой обрушилась на лавину волосатых орков. И давай их сжигать живьем, превращая в шашлыки. И еще волосы так горят, и поднимается вверх дымок.
Валерка отметил с усмешкой:
- Вот это потоки аннигиляции!
Маринка с этим согласилась:
- Мы врагов выкашиваем без всяких церемоний. И это чрезвычайно круто, и идет поток верховной смерти!
И девочка включила снова голограмму, чтобы стало веселее.
И опять появились девчонки.
Космическое сражение продолжалось с большой интенсивностью. Махаоны оказались в более трудном положении, чем ожидали, но постепенно поддавались, упорно сопротивляясь.