-Помогите! - Заорал пленный пацан.
В ответ кипяток прекратился, и обрушилась студеная вода. От ее потоков стало сводить зубы. Валерка Лагунов стал замерзать и трястись, как вдруг на него вновь обрушились жгучие волны. Затем ледяной холод. Попавший в ад мальчишка, впал было в истерику, но пытка водой прекратилась. Красный, как рак, он вышел из кабины, ступать приходилось на носки, пятки посинели от хлестких дубинок.
Теперь его повели в другой зал. Там его голого фотографировали с разных точек, измеряли, взвешивали, брали кровь из вены. Переписывали приметы и родинки, искали шрамы, ожоги. Затем последовал смешок.
-А теперь на пианино поиграем.
Это было снятие отпечатков пальцев, причем, сняли не только с рук, но и с ног, аккуратно смазав сбитые ступни черной краской. Затем вымазали и губы, было очень противно, голову грубо придавили к белому листику. Мальчишка попытался плюнуть, но ему врезали кулаком по лицу. Голова дернулась, лязгнули зубы. Просветили рентгеном, сфотографировав внутренние органы. Потом подвели к зеркалу. Валерка Лагунов ошарашено смотрел, на себя. Съежившийся лысый мальчишка с фингалом под глазом, распухшими черными губами, на голове несколько шишек, на голом мускулистом теле синяки и следы от дубинок.
-Ну что малыш, понял, что значит выступать против законной власти?
Грозно крикнул, покрытый бородавками пчелиный начальник отделения.
-А теперь тебя следует пометить. Этот знак ты будешь носить вечно.
Человекообразный трутень в маске и в зеленом халате вышел из-за зеркал. Он достал трубку с подобием печати.
- Сейчас сделаем тебе пуансовку. Эти цифры твой номер - 1313131314. Под ним ты и будешь проходить, как заключенный. Дай сюда свою руку.
Перепуганный Валерка Лагунов, глядя на раскаленное железо, наоборот, спрятал ее за спину. Тогда двое верзил-трутней силой вывернули конечность и протянули палачу. Тот капнул на руку спирт, а затем прижег ее. Мальчишка кричал и дергался, но его держали в железных тисках. Наконец, пылающую сталь отняли, и он обмяк, едва не потеряв сознание от боли.
-Под ледяной душ его, пускай отойдет.
Валерку Лагунова сполоснули ледяной водой. Пробрало так, что стали отбивать барабанную дробь зубы, но стало не много свободнее. Кажущиеся бесконечными процедуры оформления подошли к концу.
Пчела в белом халате пообещала:
-Теперь тебе выдадут казенную одежду.
Мальчишка вздохнул с облегчением, неприятно все время ходить голым, особенно в присутствии пчелиных самок, да и трясет от холода.
Вот люди в черных мундирах принесли сверток, грубо швырнув ему робу. Короткие, выше колен, грязно белые с синюю полоску штаны, точнее шорты, подпоясанные веревкой, и такая же, типичная для киношных зеков, полосатая рубашка с рукавами по бицепсы. И такое рваное облачение, возможно, даже снятое с трупа, с выдранными пуговицами.
У юного ленинца Валерки хватило мужества спросить:
-И это все?
Массивная пчела в белом халате, противно хихикнула:
-Конечно все! А больше малолетнему преступнику не полагается.
Валерий Лагунов нервно потер друг о друг зудящие, розовые пятки:
-А ботинки? Я что, босиком буду?
Пчела снисходительно объяснила:
-Ты преступник, и должен каяться, а согласно закону, все несовершеннолетние правонарушители обязаны ходить босыми, не взирая на пору года. - И насекомое подмигнуло. - А на этой планете ,вы все люди на веки веков остаетесь несовершеннолетними!
Ноги у мальчишки-подростка уже начали стыть, тут уже другой климат, и он с тревогой спросил:
-А если я простыну?
-Дубинка вылечит! - И уже охранник-трутень вновь с оттяжкой врезал по голой попе. - Одевайся быстрее, шкет.
Валерий Лагунов дернулся, постанывая, кожу саднило, кое-как оделся, затянул пояс. На мальчика надели наручники, затем его отвели в комнату ожидания. Там юного ленинца Валерку поставили на колени, руки завели назад, присоединив запястья к лодыжкам. Так он и сидел в неудобной позе, дожидаясь окончательного решения своей участи. Коленки болели, от бетонного пола полуголые ноги закоченели. Теперь он тихо рыдал, ему было грустно и противно, все говорило, что он арестант, конченный для нормальной жизни человек. Ему уже никогда не вернуться на Землю и не вырваться из сумасшедшего мира. Правильно рыжий хлопец сказал: это ад! Теперь уже никак, беспросветный тупик! Вся его личность была растворена и уничтожена в дотошных тюремных процедурах. Наконец, начальница отделения, пчела с серебристыми погонами добралась до его папки и произнесла.