Винтовки у японцев скопированы с немецкого маузера. Пистолет-пулеметы содраны с известного еще с первой мировой войны "Шмайстера". Вообще, у узкоглазых есть тяга копировать у другой стороны самое лучшее. Наверняка, японские конструкторы уже ведут работы над созданием гибрида "Пантеры" и Т-34!
Японских танков не более десятка, и советская артиллерия отнюдь не торопится их встречать. Пехота бежит за ними трусцой, традиционной густой цепочкой. Сами солдаты страны Восходящего Солнца одеты в форму, чуть отдающего желтизной, под цвет степи хаки. Ведьмакова смотрит на них, быстро прикидывая численность наступающих. На глаз их пять-шесть тысяч, а русских в окопах сидит, прикрывая данный участок фронта, максимум тысяча. А вооружение.... Дальневосточная армия оснащена по остаточному принципу, и пистолет-пулеметы есть только у офицеров. Что же, она ведь майор, правда, без должности, низведенная до уровня рядового.
Капитан Синицин (еще совсем молодой парень) спросил у Ведьмаковой:
- А вы с немцами воевали?
Девушка ответила:
- Нет! Я с ними целовалась!
Капитан, вдруг побледнев, заметил:
- А свой первый труп вы помните?
Ведьмакова улыбаясь, покачала головой:
- Я летчица, и кого сбила, того и сколотила, у меня нет понятия трупов! Кстати, за всю Великую Отечественную войну, мой самолет ни разу не был сбит!
Капитан несколько неуклюже присвистнул:
- Ты просто асс! А сколько у тебя размазанных немцев!
Ведьмакова улыбнулась еще шире:
- После двадцать пятого вручили звезду героя! А всего двадцать восемь.
Синицин воскликнул:
- У-ух! Ты просто мастер своего дела!
Девушка скромно ответила:
- Не надо делать героем того, кто просто честно исполняет свой долг. Сейчас пехота подойдет поближе, и мы её встретим.
Капитан передернул затвор тяжелого, весом в добрых десять килограмм пистолет-пулемета. Потрогал собачку, пуск весьма тугой, приклад с отдачей. Не вполне удобная махина, зато лупит... Правда, по слухам, у немцев уже появился более мощный автомат, но кто его знает, не придумают ли советские конструкторы, чего-нибудь лучшего. Синицин не удержался от вопроса:
- А почему тебя такую классную летчицу перевели в пехоту?
Ведьмакова ответила полушутя, также перещелкнув затвором пистолет-пулемета:
-А я просто хотела узнать, каково это сидеть под обстрелом! Это было бы классно.
- И сапожки ты видимо потеряла, если так спешила попасть на передовую!
Ведьмакова, и в самом деле, стараясь, чтобы волдыри сошли быстрее, ходила босой девчонкой. Хотя во время войны, большинство женщин и детей щеголяли в летнюю пору голыми пятками, но среди офицеров это было непринято, особенно в общественных местах. Но Ведьмаковой даже нравилось так выделять. Синицину же она ответила просто:
- В целях экономии, против нас фактически весь капиталистический мир. Ведь сапоги изнашиваются, а это труд многих людей!
Капитан согласился, задорно подмигнув:
- У тебя очень красивые ноги! Можно мне их погладить?
Ведьмакова погрозила пальчиком:
- Не сейчас! Потом, если выживешь, я тебя ночью согрею.
Синицин округлил глаза:
- Ого, а ты быстрая! Обычно бабы долго ломаются.
Ведьмакова хотела ответить, но послышался взрыв, шедший впереди японский танк, наскочил на мину. Девчонка пропела:
- Ехал Гитлер на машине, подорвался гад на мине! Разлетелся на осколки - но вот только мало толку!
Подорвался еще один японский танк, остановившись, он повернул дуло и открыл огонь по советским окопам. За ним рванул и третий. Японцы, впрочем, и не думали останавливаться. Узкоглазые огрызались, у них заработали пулеметы, размещенные на полукруглых, подвижных башнях.
Капитан буркнул:
- Вот это здорово! Как на параде идут! Вот это армия!
Ведьмакова взяла в руки винтовку, благо расстояние до пехоты позволяло, и выстрелила в японского офицера. Узкоглазый завалился, с такой силой отшвырнув винтовку, что она возилась штыком в весеннюю траву. Прочие японцы продолжили бег, только слегка наклонили корпус, видимо, рассчитывая, таким образом избежать поражения, вернее снизить его вероятность. Ведьмакова вспомнила, что именно таким образом обучают бойцов в квантунской армии, кто не успеет вовремя наклониться, бьют бамбуковой палкой по голове. Кажется, и царю-батюшке ироду хорошенько двинули. Это он, впрочем, о Николае Втором. Теперь они снова дерутся с Японией, и не на один, а на несколько фронтов. Впрочем, в этом есть и свои преимущества. Девчонка пропела:
Грядет, повержен вермахт в прах,
Наполеон разбит непобедимый!
Не сможет враг советский флаг попрать,
Когда народ и партия едины!