Гиммлер мог быть диктатором с большим основанием, чем остальные. Но фюрер понимал, что это вождь без харизмы, которого будут бояться, но не станут любить. Хотя, если пропаганда поработает, то часть чувствительного населения полюбит и палача!
Ну, Борман, вообще, скорее шестерка по жизни и интриган, чем правитель. Да еще и уголовник. Как секретарь, он полезен, но как глава всемирной империи?
Шпеер? Вот этот член нацисткой команды наиболее талантливый и способный. Его заслуги в выпуске вооружений и поставка в армию качественной техники весьма велики. Шпеер еще относительно молод, образован, импозантен. Он обладает и твердостью, и гибкостью. Но фюрер опасался в личной преданности. Шпеер слишком умен, чтобы передавать власть кому-то из детей фюрера, и мог стать диктатором сам.
Майнштейн и Роммель? Два самых лучших полководца Третьего Рейха. Они по-своему, конечно, умны, но делать правителями солдафонов? Да и надежно ли передать власть профессиональным военным? Так может и нацистская партия развалиться.
Вывод один: фюреру надо жить еще очень долго, пока не вырастут дети, и из них не отберут единственного, неповторимого и способного. Тогда и будет основана династия.
То, что потомков у фюрера расплодилось путем искусственного осеменения так много, это плохо. Может среди них вспыхнуть нешуточная борьба за власть. И это способно разорвать империю. Гитлер пожал плечами. В лагере у него есть сын Сталина Яков. Он попал в плен, и был оправлен под охраной в тихое место. Потом, когда было первое перемирие, фюрер предложил обменять сына Сталина на нескольких офицеров СС, но получил отказ.
Потом офицеров и так вернули, а Яков остался в плену. С ним обращались хорошо. Мало того, одна из молодых и симпатичных надзирательниц закрутила роман, забеременев. Фюрер, испытывающий некоторую симпатию лично к Сталину, разрешил Якову жениться и поселиться в отдельном домике, но под охраной СС.
Так старший сын Сталина у них под прицелом. Фюрер даже подумывал, назначить его потомка Иосифа наместником в России, после ее окончательного покорения. Такая идея смотрелась логичной.
На арене львы, получив множество порезов от мечей и копий мальчишек, стали замедляться.
А пацаны кололи их и рубили. Мальчиков выпустили слишком много. Борман, видя, что фюрер не очень доволен таким продолжением боя, приказал спустить крокодилов.
Зубастые твари вступили в бой, разевая громадные челюсти. И набросившись на мальчишек, буквально перекусывали их. Проглатывая, словно ланей.
Мальчики визжали и извивались. Им челюсти сжимали конечности и ломали косточки. Брызгала алая, свежая кровь. А угольки палили мальчуганам босые пятки. Бедные дети, обреченные на смерть.
Фюрер выпил бокал шоколадного коктейля с капельками человеческой крови и произнес:
- Да будет мое правление вечным!
Максим Огарев еще видел третьи сны, как в их хату громко постучали. Он сразу проснулся и стал одеваться. Грубый немецкий голос орал на изломанном русском.
- Вставайте, неполноценный скот! – И крепкий удар автоматом в дверь.
Босиком на снегу
Мать поспешила открыть. В хату ввалилось пятеро эсесовцев с автоматами и злыми собаками.
- Здесь живет пионер Максим. – Провыл рослый фашист с погонами обер-лейтенанта.
- Да вот он, только он ни в чем не виноват. – Заголосила мать.
- После разберемся, а пока щенок, в машину.
Не дав, как следует одеться, его подхватили под мышки и заволокли в крытый брезентом грузовик. Там уже сидели несколько мальчиков и девочек, в основном пионеров из их школы. Дети были полураздеты, и дрожали, мальчики, впрочем, старались держаться мужественно.
- Нас везут, скорее всего, в лагерь, или сдавать кровь, ничего страшного. – Молвил его одноклассник Игорь.
- Сдавать кровь, в прошлый раз у меня столько выкачали, что я неделю не мог подняться.
- Я тоже, но все же лучше, чем смерть.
- Несколько наших сверстников после этого умерли. – Тяжело вздохнул Максим.
Гитлеровцы обошли еще несколько домом и, собрав пятнадцать пионеров: десять мальчиков и пять девочек, повезли их в неизвестном направлении. Спереди и сзади ехали мотоциклисты, а в самом хвосте плелась танкетка.
- Нет, не похоже, что нас везут сдавать соки жизни, слишком большое сопровождение, да и больница находится в другой стороне. – Начал Максим.