В реальности же все закончилось на поцелуях, с одним только уточнением. Несколько коротких, едва уловимых оргазмов, я все же получила. Подарив мне порцию дофамина, искуситель напомнил о том, что нас ждет работа. Впрочем, приятная часть, на этом не закончилась.
В какой-то момент в руках Матвея появились ножницы и началось самое настоящее волшебство. Сначала я отнеслась скептически к идее замотать себя в изоленту, но по мере того, как меня «одевали» в скандальный наряд. Идея изящно украсить обнаженное тело узорами, начинала мне нравится все больше и больше. Матвей чутко прислушивался к моим советам, доверившись моему вкусу.
Немного было щекотно, но оно того стоило. Возбуждение разрядами электричества пронеслось по телу, когда сильные мужские пальцы закрыли изолентой грудь и интимную зону. От одного взгляда в зеркало, закружилась голова. Я была неотразима, сексуальна и готова свести всех мужчин с ума.
А затем всю эту красоту спрятали, меня заставили надеть бесформенный балахон до пят из тонкой темной ткани. Последний штрих — завязка для волос. Мириады искорок разом вспыхнули на волосах, в воздухе запахло едким запахом. Секунду спустя жгучая брюнетка исчезла, из зеркала на меня смотрела девица в нелепом балахоне со светлыми волосами. Синими были только кончики волос.
В добавок Матвей связал мне руки, так сказать для убедительности. В свою очередь «мой господин» примерил костюм из блестящей ткани в полоску со стоячим воротником, сделавший красавчика еще более неотразимым. Ну вылитый Жан Батист Эмануэль Зорг, только без дурацкой прически.
На дорогу ушел целый час, местный транспорт просто ужасный. Я чуть не свалилась за ограждение, «летающий утюг» заваливало на поворотах. Перед очередной высокой дюной, капитан этого летающего недоразумения, каждый раз начинал отчаянно крутить штурвал. Толпа пассажиров, на палубе яблоку негде было упасть, мешала «летающему утюгу» набрать высоту.
По уже сложившейся традиции аукцион проводили в храме, подальше от любопытных глаз. Храм приводил в трепет только издали, вблизи — это просто пирамида, сложенная из огромных камней. Они частично разрушены, сыпятся от одного прикосновения — и всё это «великолепие» под палящим солнцем. Впрочем, высокие двери произвели на меня впечатление, не думала, что они могут быть такими величественными.
Внутри все перестроили. Гостей встречал огромный зал со сводами, заставленный столиками, диванчиками, ярко освещенный великолепными люстрами. Отовсюду звучала громкая музыка, приходилось почти кричать, чтобы слышать друг друга. Крепко держа за руку, Матвей повел меня через весь зал, в закрытые для гостей помещения.
Возле двери с табличкой «Участники» нас остановила парочка громил, обыскав нас на предмет оружия. Громилы буквально облапали мою фигуру. Этого им показалось мало, они потребовали развязать мне руки, снять балахон. Шлепнув меня по попке, громилы зашлись в громком хохоте. Оружия громилы не нашли, нас пропустили внутрь. Матвей остался заполнять скучные бумаги за столиком, меня же увели под белые ручки. Заперли в комнате, с другими пленницами.
Тут я поняла, что у меня нет никаких шансов. Все пленницы, как на подбор, были ошеломительно красивы. Каждая как магнит притягивала мужской взгляд. Кружевные ночнушки, нескромной длины, совершено ничего не скрывали. Девицы с тем же успехом могли появиться перед гостями и вовсе голыми.
На меня сначала смотрели с нескрываемым любопытством, потом с легким высокомерием. Эти дуры серьезно считали, что им повезло. Похищение представлялось им увлекательным и веселым приключением. А еще меня все вокруг считают дурочкой. Но фоне девиц с кукольными личиками, я выглядела объективной, рациональной, интеллектуалкой.
Никакой Коллекционер меня не купит, скорее он выберет синеглазку. Красотка с большим бюстом, была единственной блондинкой, не считая меня. К тому же она была миленькой и в чем-то наивной. Впечатление чуть портили острые уши, которые пухленькая девица тщательно прятала под роскошными волосами. Никак не могла вспомнить, я точно уже где-то ее видела.