- Авария, - моя римлянка, как я ее называл за внешность и особенно характерный профиль лица, принялась рассказывать подробности. – Он проводил какой-то опасный эксперимент и тот вышел из-под контроля. Взрыв был такой силы, что половину лабораторного комплекса разнесло в щепки. Олег, они говорят, что Сергей Владимирович назанимал много долгов и теперь их оплата лежит на нас! И восстановление уничтоженного комплекса – тоже!
Тут из дома вышел мужчина в черном пальто и с кейсом в руках. На работника полиции он походил мало.
- Здравствуйте, - поздоровался незнакомец, протянув руку для пожатия. – Меня зовут Алексей Робертович, я представитель НОВОбанка. Мы можем поговорить наедине? – и выразительно так посмотрел на Алену, вцепившуюся в мою руку.
- Так, солнышко. Я сейчас все узнаю, и мы потом с тобой это обсудим. В тихой и спокойной обстановке, когда все уедут, - аккуратно отцепил я руку супруги и указал представителю банка на беседку в стороне от дома.
Сев за круглый стол на мягкие скамейки, мужчина принялся доставать из кейса бумаги, и рассказывать о причинах нашей встречи, попутно подтверждая монолог многочисленными договорами с подписями моего отца.
- Месяц назад Сергей Владимирович обратился в наш банк за крупной суммой денег на создание прототипа генератора антивещества. Как давно известно, даже килограмм этого материала способен выдать энергию сравнимую с самой мощной бомбой, созданной человечеством. Вы как инженер должны понимать всю выгоду от использования этого материала в качестве топлива для космических кораблей.
Я машинально кивнул. Слухи о скором создании прибора, способного в ограниченных количествах не просто создавать, но и сохранять антиматерию ходили давно. И отец действительно как-то обмолвился, что тоже работает по этой теме, но без всяких подробностей.
- Понимая выгоды от создания даже прототипа прибора, не говоря уже о полноценном, промышленном варианте, и учитывая безупречную репутацию вашего отца, банк выделил необходимую сумму, но естественно под залог. И таким залогом было все ваше имущество. Плюс вы являетесь поручителем, и в случае недееспособности Сергея Владимировича, именно вам после продажи вашей собственности необходимо будет погасить остаток долга.
- Постойте, - вышел я из транса его слов, стараясь абстрагироваться от мысли о гибели отца. – Какой продажи? Вы о чем? А где же я с семьей жить буду в таком случае? У меня же еще жена и сын! Им то, как быть?
- Мы проанализировали вашу зарплату и возможность выплат с нее. Увы, но при ее размере вам придется работать на нас минимум тридцать пять лет. И это с учетом вычета 80% вашего дохода. А ведь кроме долга вам необходимо оплатить еще и восстановление лаборатории.
- Разве она не застрахована?
- Была, - кивнул мужчина. – Но срок страховки истек чуть больше месяца назад, а новую Сергей Владимирович не оформлял. Полагаю, причину вы понимаете.
- Вы так и не ответили на мой вопрос, - вернулся я к основной теме. – Где я буду жить?
- Банк заинтересован в скорейшей выплате вами долга, а это возможно только в космосе. Зарплата даже обычного рудокопа в пять раз выше вашей нынешней, а уж при повышении квалификации она вырастает на порядок. С вашим образованием выплатить неподъемную сейчас сумму там не составит труда. Максимум пара лет – и вы абсолютно свободный человек.
- Вот только оттуда не возвращаются, - мрачно сказал я, вспоминая разговор с отцом. Как-то раз я спросил его, почему он редко летает в космос, хотя обожает его. И ответ меня поразил: «в космосе интересно быть туристом на неделю максимум. Это как в джунгли идти – если ты там не живешь, то все тебе нравится. Ну, или почти все. А вот когда остаешься там, на постоянной основе, то сразу все недостатки отсутствия цивилизации чувствуешь на себе».
- Ну не надо преувеличивать, - отмахнулся как от чего-то неважного служащий банка. – Представьте, что вы в командировке. Пусть длительной, но не вечной же?
- А жена и сын? Ему всего пятнадцать. Без моего согласия, отправить его в космос вы не имеете права.
- Так, у вас же есть родственники? Ну не конкретно у вас, а у вашей супруги? – поправился мужчина, когда я хотел ему возразить. – Вот пусть с ними и остаются.
Легко ему говорить. А у меня кроме Алены и Жени больше никого и не осталось. Только что сказал о смерти отца, так еще и их забрать хочет? Пусть на время, но от этого не сильно легче.
Тут я вспомнил про друга и коллегу отца.
- А Александр Георгиевич? Они же с папой всегда вместе работали?
- Ему повезло, - сухо улыбнулся Алексей Робертович. – Он не только отсутствовал во время эксперимента, но и не участвовал в займе вашего отца.