Рэд угадал. Амалию под благовидным предлогом услали из офиса в почетную ссылку. Башни «Небесного альянса», которые в северном полушарии Аналога-2 подпирали небо и были прекрасно видны с орбиты, держали против Амалии глухую оборону. После финиша «Большой беты» господин Кардаш готовился перейти в наступление и отпраздновать в давнем противостоянии нелегкую и славную победу. Соперница, которая дерзнула замахнуться на его место и деньги, растворялась в его тени.
Рэд нашел в Сети фото Амалии и уставился в совиные глазищи.
– Ты любопытна, верно? Тебя какого-то черта понесло знакомиться с межпланетниками из АСП. Ты откопала Лео Лимана, перевернув все камни, под которыми он прятался. Ты любишь звездолеты и космос… Или любишь развлекаться с теми, кто там работает?
Он заглянул в биографию.
«Амалия Дагата – восемнадцатилетняя дочь Витторио Дагата и единственная наследница его состояния приняла участие в “Звездной Альфе” в разряде любительских яхт»… Рэд улыбнулся, словно она лично ответила ему на вопрос, и закрыл страницу.
В рубке «Моники», наматывавшей круги по дальней орбите Айтелы, трудилась бригада технического обеспечения. Негромко играл блюз. Блохин, облаченный в сбрую техконтроля, возился с БК. Кейт с Сержем тестировали ближнюю связь и радары ориентации.
– Всем привет, мы идем на Старленд, старт по готовности, Серж, мне нужен маршрут, – сказал Гардон.
Штурман, которому глубоко врезался в память заход с «золотым поездом», тревожно втянул носом воздух. Кейт озадаченно повел рукой, приглушив звук. Блохин выпал из виртуалки.
– А зачем нам туда, господин капитан?
– Свободный поиск продолжается.
выплеснулось из динамиков. БК, не дождавшись внятной команды, понял жест радиста по-своему и переключил станцию.
– «Моника», убери звук. Извини, капитан… Придурки! – вполголоса объявил Кейт Виктору с Сержем, которые схватились за уши и дружно изобразили предсмертные корчи.
– О, все здесь! Это наводит на размышления… Что новенького? – спросил вошедший Стрэйк.
– Идем на Старленд. Я пошел одеваться.
Джери посмотрел на Гардона, который стоял посреди ходовой рубки в футболке и спортивных штанах.
– Мнэ-э… Неожиданно, господин капитан. А с этими что? – Он указал на бортинженера и штурмана, которые упражнялись в остроумии, наперебой предлагая вариации только что услышанного шедевра, из которых строчка «планета минета» была самой целомудренной. На третьем куплете они переключились в индивидуальный режим.
– С этими все в порядке, работоспособны, – заверил его Рэд и двинулся к выходу.
– Легкий акустический удар. Сейчас перезагрузятся, – пояснил Кейт, оглянувшись на давившихся от смеха Сержа и Виктора.
– Эй, техобеспечение… – Стрэйк проводил Гардона взглядом. – Да прекратите ржать, вы, два идиота! Кейт… Кто-нибудь объясните мне, что опять перещелкнуло в голове у нашего капитана? Почему оттуда выпал Старленд?
Серж с Виктором утерли слезы и развели руками. Кейт поднял глаза к потолку.
– Понятно.
Джери прошел к своему месту и запустил предстартовый протокол.
Звездная система Старленд принадлежала Аналогу-1. Ее колонизация шла полным ходом. На единственной планете земного типа пузырями раздувались защитные купола городов, в атмосфере раскручивались сложносочиненные вихри. Вложенные один в другой, они торчали размытыми волчками, пульсировали и растягивались над полушариями в многокилометровые грязные лохмотья. Над полюсами, где зарылись в грунт конструкции климатехников, в воздушной оболочке уже наметились бело-синие проблески. Но по-настоящему терраформированным пока мог считаться только естественный спутник планеты, превратившийся в местный фешенебельный квартал.
Решение организаторов разместить контрольный пункт «Большой беты» именно здесь было во многом политическим. Старленд Аналога-1 навязчиво демонстрировали журналистам как образец «мирного космоса», где метрополии дружно строят колонии и устраивают спортивные состязания в системе, которую никто и не думал отбирать у проигравшей стороны. О том, какие потери людей и территорий вынудили правительство Аналога-1 расконсервировать неуютный мир, терраформировать его и заселить, информканалы благоразумно умалчивали.