– Это я с расстройства… – самокритично пояснил он. – Спасибо, Кейт! Тогда планы кардинально меняются. Всем отдыхать, пока время бесплатной стоянки не выберем.
– Подфартило нам, Рэд, – сказал Джери и отсалютовал Кейту Филу.
Глава 7. Точка невозврата
По обзорному экрану проплыл борт чужого звездолета с открытыми гнездами бортовых орудий. Вселенная подернулась пеплом, сжалась в концентрические кольца прицела и взорвалась, выжигая глаза.
Спросонок Рэд чуть не свалился с кровати. В темноте по недооформленным стенам расползались грязные разводы, отчего каюта приобрела пугающее сходство с тюремной камерой. Сердце колотилось. После беготни по станции искалеченную ногу противно тянуло от самого бедра, скручивая мышечные волокна в тугие жгуты. Рэд несколько раз глубоко вздохнул, вытер холодный пот со лба, выдернул из-под головы подушку, засунул ее под колено и приподнял головной конец постели. Он заставил себя расслабиться, закинул руки за голову, снова задремал и рухнул в горящие джунгли, испытав первоклассное по реалистичности ощущение свободного падения.
Можно сказать, отдохнул.
Он выругался вслух и сел на кровати. В углах каюты растаяли огненные просверки. До подъема оставалось еще больше часа.
Рэд встал и поплелся в душевую, вспоминая, куда засунул последнюю редакцию «Рекомендаций Департамента космоплавания» по организации работы, отдыха… и чего-то там на борту… и нормативы… и, кажется, там же «действия экипажа в условиях чрезвычайной ситуации». Все времени не было полистать, а люди старались, документ дорабатывали, рассылку организовывали. Вдруг что-то полезное придумали?
Медицинский отсек «Моники», который большую часть рейда оставался белоснежно-пустынным, этой ночью выглядел вполне обжитым. Диагностический комплекс «Сатурн» развернут, реанимационная камера с чужим пилотом – вся в огнях, рядом – временное обиталище штурмана. Блохин, как и ожидалось, дрых здесь же в свободном боксе. Дверь он предусмотрительно оставил открытой, Рэд зашел и тихонько потряс его за плечо.
– Виктор, подъем.
– А, это ты… А с тобой что случилось?
– Бессонница у меня.
– Фигня, – полусонно сказал Блохин и перевернулся на другой бок. – Отвали, Рэд.
– Я тебе сейчас сигнал тревоги включу на инком, – пригрозил Гардон. – Просыпайся! Скоро стартуем. Где этот мафиози? За стенкой?
– Да, здесь его оставил пока.
– Живой, надеюсь?
Виктор сел на кровати, поморгал, нашарил на полке и продемонстрировал капитану сигнализатор, на который передавалась информация о пациентах.
– Ребра ему только слегка царапнуло. Лопатку склеили в регенераторе, мягкие ткани сшили, объем циркулирующей крови восполнили – стал наш штурман лучше прежнего! Но выглядело феерично, особенно поначалу.
– То есть он в сознании, говорить может.
– Если разбудим.
Виктор сунул прибор в карман и вслед за Гардоном зашел в соседний бокс, шлепая по полу босыми ногами.
Серж полулежал на здоровом боку. Он приподнял голову и уронил обратно на мягкий валик, предупредительно выдвинувшийся из функциональной кушетки. Вспомнив свои недавние упражнения по перемещению подушки, Рэд испытал нечто вроде приступа зависти. И спал этот засранец под обезболиванием как убитый, Блохин точно его дозой не обидел. Рэд покосился на аппаратуру, чопорно подобравшую тонкие иглы и прозрачные стебли манипуляторов. Блок наблюдения в изголовье функциональной кушетки тихонько попискивал. Запястья штурмана охватывали до боли знакомые браслеты мониторинга, на груди через легкую ткань пижамы просвечивали датчики.
– Виктор, мы все втроем умерли? – тихо спросил Серж.
– Нет пока, – Блохин широко зевнул, прикрывая рот ладонью.
– Значит, сейчас мне голову оторвут. – Штурман посмотрел на капитана снизу вверх. – Я надеялся, что это уже позади.
– Вообще-то я зашел сказать, что передумал твой рапорт подписывать, – заметил Рэд. – Но если ты настаиваешь, могу башку отстрелить… Спрашиваю последний раз, Серж. Что случилось? Опять скажешь «не твое дело», отвезу обратно, положу, где взял.
Серж на секунду закрыл глаза.
– Спасибо, Рэд, – сказал он. – Не ожидал от вас с Джери.
Ох, нечасто он произносил слова благодарности – тяжело дались. Писк аппаратуры усилился.
– Стрэйка благодари, без него нас бы там обоих положили. Я тебя слушаю. Чем и кому ты помешал?
– Не хочу я твое время занимать, капитан.
– А ты в двух словах.
– Если в двух словах, то я наткнулся на интересную схему по отмыванию денег, толкнул секрет на сторону, заказчик меня сдал. Испугался. Побежал дружить с тем, кого мечтал потопить. Примерно так. Это долгая история, еще с торгового флота тянется. Связана с продажей послевоенного хлама под видом элитных яхт и отмыванием денег… На ТЗС должна была пройти финальная часть сделки, кто туда явился вместо заказчика, ты сам видел.