***
- Ну, здравствуй, смертушка! - прохрипела Мария, стоя возле огромной прямоугольной махины, увешанной сотней проводов и датчиков, один из которых отсчитывал последние секунды ее жизни. В течение пары секунд происходила химическая реакция, которая должна была запустить взрыв. Можно было бы обойтись без таких жертв, но оружие еще не прошло все стадии испытаний. Только на полигоне, и с минимальным зарядом. Взрыв бы произошел в любом случае, девушка знала точно. Ее присутствие было необходимо для подстраховки. И если что-то пойдет, нет так, девушка должна была активировать заряд. Выбор она сделала давно, дабы избежать гибели Алвиса, и делала все возможное, чтобы все пошло именно по миллионному варианту. Как она и рассчитывала, её гибель была неизбежна. Либо планеты с миллионами невинных жизней, либо её жизнь. Выбор был очевиден.
- Уж лучше я, потому что я выбрала тебя блонди, и не отдам этой костлявой женщине! - тихо сказала Мария, поднося палец к кнопке.
- Я тоже выбрал тебя глупая… - раздался голос Алвиса и он крепко обнял ее, - Лучше вместе.
- Зачем? Алвис! - Мария удивленно распахнула глаза, - В миллионном варианте такого не было. Боже, я просчиталась! Это конец!
На табло мелькали последние секунды, и девушка, не задумываясь, вложила в руку блондина свой проводник, всеми мыслями желая, чтобы он оказался сейчас на Глории или на Арктуре, и нажала на кнопку. Все пространство заполнила яркая вспышка и мир померк.
Тишина давила на уши, так сильно, что можно было услышать собственное сердцебиение. Каждая клетка тела отдавала невыносимой болью. Девушка лежала на твердом каменном полу, в пыльных обломках старого здания. Сколько она уже здесь провела? Час, сутки, неделю? А может быть прошла целая вечность? Она пыталась открыть глаза, но любая попытка заканчивалась одинаково. Будто свинцом налитые веки снова закрывались. Горло саднило от горячего воздуха, который пах порохом и гарью. Выиграна битва или нет? Удалось ли спасти Глорию?
- Да, Мария, как ты докатилась до того, чтобы взорвать целую галактику? - хрипло спросила сама у себя девушка, приподнимаясь на локтях, чтобы осмотреться, - Ни о чем не жалею, может быть кроме одного. Жалею только о том, что не сказала ему, что люблю его больше жизни, которую отдала за него…
- В ад что ли попала? - девушка перевернулась на бок и с ужасом поняла, что вокруг нее собралась толпа Арктурианцев, во главе с Норктусом.
- Жива! - выдохнул он.
- Глория? - прошептала девушка.
- Битва окончена победой! Союз полностью поддержал Глорианцев в уничтожении враждебной галактики! Сейчас происходит восстановление разрушенных районов на Глории, некоторые Арктурианцы и Плеядеанцы работают с населением! - вещал Норктус, , - Можешь оставаться здесь, это и твой дом. Мы будем тебе рады. Если захочешь, мы можем без труда воссоздать Земную жизнь!
- Не нужно… Где Алвис? Сын главы Дефинси и Глории? - девушка с трудом встала, Арктурианская энергия исцеляла буквально на глазах.
- Сын… - Норктус пытался подобрать слова, - Дитя…
- Нет! Нет! Нет! - Мария вспыхнула белыми искрами, потому что уже знала, что скажет Арктурианец.
- Дитя… его нет ни на одной известной нам планете. Его энергия пуста. Он погиб.
- Не-е-е-т! Я должна была уйти вместе с этой галактикой! Я! Не он! Почему? Все исходы битвы заканчивались моей гибелью! - кричала девушка, ее свечение начало угасать.
Эпилог
Шумный вечер подошел к концу. Как обычно земные гости разъезжались, Глорианцы при помощи проводников перемещались в разные уголки планеты. Жизнь шла своим чередом. Особенно на Земле.
Недавно гремевший зал был пуст, и каждый шаг отдавался эхом. Было пусто, так же, как и в душе девушки. Щемящая боль в груди никуда не уходило. Обжигающий лед воспоминаний, разрывал душу, но и не давал сорваться в пропасть. Воспоминания, вот и все что осталось. Время лечит? Вранье. Притупляет боль? Бред. Боль будет всегда.
Из дверей, ведущих на террасу, дул прохладный ветерок, принося с собой желтые листья. Пролетел октябрь, так же быстро, как и его предшественник. Прошло уже два месяца с того момента, как Мария вернулась на Землю. И эти два месяца были сущим адом. Месяцы слез, истерик, отказа от еды, отказа от жизни.
После возвращения из командировки, все, как один, начиная от родни, до знакомых говорили, что она изменилась и стала другой. Замкнутой и грустной. Роман шутил, что Машу похитили инопланетяне и почистили ее черепную коробку. Но племянница только отмахивалась. Но поле того, как случайно увидел фото в телефоне племяни, шутить перестал. Сначала он думал, что это обои для рабочего стола, далее увидел, как на фоне футуристических зданий, позировала Маша вместе с блондином, с сестрой блондина, Максом и каким-то серым пришельцем. Задался вопросом, где же фото Норвегии, величественных гор и снегов? Где фото с выставки? Почему этого не было в новостях? Что-то щелкнуло в голове, и он решил поискать информацию обо всех международных выставках, которые проходили за последний месяц. Но, ни на одной из них, имена Машки и Алвиса не упоминались.