Вместо них я делился забавными случаями из учебных будней: о том, как мы с ребятами готовились к экзаменам, о наших проделках, о строгом, но справедливом старшине Глухове.
Мать слушала очень внимательно, иногда ахала, иногда качала головой, иногда всплёскивала руками и восклицала: «Да ты что⁈» В общем, проявляла живой и неподдельный интерес.
Когда в разговоре наступила пауза, я спросил об отце. Она вздохнула и пожала плечами:
— Со дня на день должен приехать. Возможно, сегодня. Вообще, он думал, что ты позже приедешь, но вот — не угадал.
Следом настала моя очередь задавать вопросы, и теперь уже мать охотно делилась информацией о соседях, о новостях в городе, о том, как они с отцом провели весну.
Когда мы вдоволь наговорились, я поблагодарил мать за вкусный обед, поднялся из-за стола, помыл за собой посуду и отправился в комнату переодеваться. Впереди меня ждали дела. Нужно было съездить за подарком Кате на день рождения, который наступит уже завтра.
В комнате я надел свежую рубашку, брюки, привёл себя в порядок перед зеркалом и, вернувшись на кухню, сказал:
— Я ненадолго, мам, скоро вернусь.
— Только не задерживайся, Серёжа, — отозвалась она с кухни. — Отец может скоро приехать.
Я кивнул, хотя она этого не могла видеть, и вышел из дома. На улице было по-летнему тепло, но без одуряющего зноя. Чудесная погода для прогулок. Я зашагал к остановке, погружённый в мысли о подарке для Кати.
Что подарить ей на день рождения, я решил ещё в Волгограде, во время её визита. Поразмыслив тогда немного, я решил написать Ивану Семёновичу. Тому самому, которого мы с дядей Борей когда-то спасли на остановке.
Если кто-то и мог помочь мне достать необходимое, то только он. Тогда мы обменялись с ним парой писем, и вопрос с подарком был решён. Теперь я ехал за ним.
До склада, где хозяйничал Иван Семёнович, я добрался без проволочек. Направляясь к административному зданию, я услышал знакомый голос:
— Ба! Серёга⁈
Я обернулся. Из-за угла склада, подслеповато сощурившись, шёл дядя Боря. Выглядел он при этом донельзя довольным. Он хлопнул себя по ноге и широко улыбнулся.
— Привет, дядя Боря, — улыбнулся я в ответ.
Он, посмеиваясь, приблизился и оценивающе оглядел меня с ног до головы, цокнул языком, покачал головой и, похлопывая меня по плечу, сказал:
— Возмужал, возмужал. Не птенец, а орёл настоящий. Давно приехал? Как дела?
— Дела отлично, — ответил я. — Приехал только сегодня. С учёбой тоже всё хорошо. А у тебя как? Что нового?
Дядя Боря приосанился, подбоченился и, задрав подбородок, с гордостью сообщил:
— А я теперь, Серёга, не простой грузчик, а кладовщик! Стало быть, повышение у меня. Вот, осваиваюсь в новой должности.
Я искренне обрадовался за него.
— Поздравляю, дядя Боря! Очень рад за тебя.
Мысленно я отметил, что его слова прошлой осенью оказались не пустым бахвальством. Он всерьёз взялся за свою жизнь, и это не могло не радовать.
— Спасибо, Серёж, спасибо, — смущённо пробормотал он, но было видно, что он доволен. — А ты какими судьбами к нам на склад заглянул?
— К Ивану Семёновичу по делам, — ответил я.
Дядя Боря кивнул с пониманием.
— А, понял. Он у себя в кабинете, в главном здании. Иди прямо по этой дорожке, потом налево, дверь с табличкой «Начальник склада».
Поблагодарив его, я двинулся указанным маршрутом. Вскоре я уже стоял перед дверью кабинета Ивана Семёновича. Постучал и вошёл.
Иван Семёнович, увидев меня, улыбнулся, как родному, и поднялся мне навстречу.
— Сергей! Здравствуй! Давно не виделись. Как ты? Как учёба?
— Всё хорошо, Иван Семёнович, спасибо, — пожал я его протянутую руку. — А у вас как дела?
— Да потихоньку, потихоньку, — он махнул рукой. — Работаем. Проходи, проходи.
Он повёл меня вглубь кабинета, в небольшое отдельное помещение, служившее ему одновременно и кабинетом, и чем-то вроде приёмной. Закрыв дверь, он обернулся ко мне:
— Так, насчёт твоего поручения… Как ты и просил, я кое-что припас для твоей невесты.
С этими словами он подошёл к старому, массивному шкафу у стены, открыл его ключом и с явной гордостью извлёк оттуда картонную коробку размером сантиметров тридцать на глаз. Он водрузил её на стол с таким видом, будто это была не коробка, а государственная награда.
— Вот, — произнёс он с гордостью.
Я посмотрел на коробку и искренне поблагодарил его:
— Спасибо вам огромное, Иван Семёнович. Это то, что нужно! Вы мне очень помогли.
Внутри коробки была… кукла. Да, именно куклу я решил подарить Кате. В Волгограде она с упоением рассказывала мне о своей коллекции кукол. А потом с лёгкой обидой в голосе поведала историю о том, как не смогла достать куклу из ГДР. И добавила, что увели её прямо у неё из-под носа.