— Ну что, приступим к главному? — сказал он приближаясь.
— Нет, — твёрдо ответила Наталья и залпом осушила свой бокал с шампанским.
Взглянув на выражение лица Виктора Анатольевича, она в голос рассмеялась. Ну и рожа у него было в данный момент. Такое искреннее удивление и непонимание. Очень забавно.
Наташа смеялась всё громче и отчаяннее, пока слёзы не потекли по её щекам, размывая тщательно нанесённый макияж. Наверное, это было истеричное или нервное, но остановиться она попросту не могла.
Удар! Сильный, наотмашь.
Он пришёлся ей по щеке с такой силой, что она отлетела на спинку дивана. Во рту тут же появился солоноватый привкус крови.
— Ты смеешь смеяться надо мной, дрянь? — прошипел Виктор Анатольевич, снова занося руку.
И в этот момент время для Натальи словно остановилось. Она вдруг с кристальной ясностью поняла, что в этом мире она осталась одна. Совершенно одна. Её никто не ждёт, она никому не нужна, и держаться ей абсолютно не за что. Она могла бы подчиниться, стать его любовницей и осведомительницей, но тогда она потеряет последнее, что у неё оставалось, — самоуважение.
Её рука сама потянулась к маленькому ножику, лежавшему на столе рядом с яблочными очистками. Сжимая в пальцах гладкую костяную ручку, она резко повернулась к Виктору Анатольевичу, вытянула руку с зажатым в ней лезвием и каким-то низким, чужим голосом тихо, но очень убедительно проговорила:
— Убью.
Мужчина отпрянул. Он ошалело посмотрел сначала на крошечный ножик в её руке, затем на её лицо.
— Наташенька, ты что, с ума сошла? — неверяще пробормотал он с улыбкой и отступил на шаг. — Наташенька, ты чего?
Наталья поднялась с дивана, поправила подол платья. Она сдула с лица выбившуюся прядь волос, провела языком по распухшей и кровоточащей губе. Плечи её распрямились.
— А ничего, Виктор Анатольевич, — заявила она, глядя ему прямо в глаза. — Я увольняюсь.
Не опуская руки с ножом и не сводя с него взгляда, она медленно попятилась в коридор. На ощупь нашла свои туфли, надела их, не присаживаясь, и, всё так же не отрывая от него глаз, повернула ключ в замке.
— И спать я с вами не буду, Виктор Анатольевич. И доносить тоже. Пока. Жене привет.
Она рывком открыла дверь и выскользнула в подъезд. Дверь с грохотом захлопнулась за её спиной. Не оглядываясь, она бросилась вниз по лестнице, почти не касаясь ступенек.
Сердце колотилось так бешено, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Она бежала по ночным улицам, не разбирая дороги, пока не упёрлась в какой-то глухой, тёмный тупичок. Забежав за угол, она прислонилась спиной к холодной кирпичной стене и попыталась перевести дыхание.
И только тут до неё дошло, что она по-прежнему сжимает в руке тот самый маленький нож. Всхлипывая всё чаще, она принялась остервенело вытирать лезвие о подол своего красивого синего платья, затем протёрла и ручку. Закончив, она с силой отшвырнула нож подальше от себя.
Наталья медленно сползла по стене на землю, поджала ноги и, обхватив колени руками, и громко разрыдалась. До неё, наконец, дошло всё, что только что произошло. Она потеряла всё… Почти всё.
Глава 8
Выпускной мы отпраздновали, что называется, на ура. Последний вечер в стенах училища, прощальные тосты, песни под гитару до хрипоты, крепкие, мужские объятия. А наутро, когда автобус до вокзала уже ждал у КПП, ко мне подошла вся моя учебная группа в полном составе. Некоторое время мы стояли молча, не зная, как выразить все те эмоции, что накопилось у нас внутри. Потом Зотов, крепко обнял меня и надтреснутым голосом проговорил:
— Серёга, ты постарайся приехать, когда мы выпускаться будем. Чтобы группа в полном составе была.
— Постараюсь, — сказал я, слегка похлопав его по спине.
— Обещаешь? — Кольцов протянул руку для рукопожатия.
Я оглядел лица парней. Уставшие, немного повзрослевшие, такие открытые и уже родные. Конечно же, я пообещал.
— Обещаю, — ответил я, пожимая руку Андрею. — Обязательно приеду. И писать буду регулярно.
Услышав мои слова, парни заулыбались, загалдели, стали хлопать по плечам и всячески выражать свои эмоции. Ну а мне и в самом деле не хотелось терять связь с этими парнями, с которыми я успел прожить немало как сложных, так и весёлых дней, пока учился в Каче.
С тех пор прошло уже четыре дня, как я вернулся в Москву. Сегодня был последний выходной день перед началом прохождения медицинской комиссии для зачисления в экспериментальный отряд стажёров-космонавтов. И я решил провести его с Катей и Вовой.