А ответ оказался прост. Длительные космические миссии возможны, но только с продуманной системой физических нагрузок. Просто тогда до этого не додумались вовремя и не провели эксперименты, вот и поплатились.
Раз уж я знаю больше, чем все остальные, считаю своей обязанностью предупредить трагедии, а не разбирать их последствия. К тому же теперь речь шла не об абстрактных «членах экипажа», а о конкретных людях, моих товарищах.
Выключив свет, я, наконец, вышел из кабинета. В спальне горел ночник, а Катя уже спала. Я тихо прилёг рядом, глядя в потолок. В голове ещё долго крутились цифры, схемы, эксперименты, но вскоре сон победил возбуждённый мозг, и я уснул.
На выходных, как и планировалось, мы с Катей поехали в Москву, и это время мы провели прекрасно. Я с удовольствием окунулся в атмосферу, царящую в кинотеатре, наслаждаясь отдыхом. Эти несколько часов здорово разбавили напряжённые будни в Звёздном.
Когда мы вышли из кинотеатра, закатное солнце уже золотило горизонт. Я услышал позади смех. Оглянувшись, увидел, что из кинотеатра показалась толпа молодых людей, которые оживлённо обсуждали фильм и бурно жестикулировали. Приобняв Катю, я пропустил их вперёд.
Катя после фильма тоже преобразилась. Давно не видел её такой живой. После случая с отцом она будто выцветала. Ходила тихая, практически не улыбалась, постоянно думала о чём-то, замкнувшись в себе.
Я понимал, что с ней происходит. Её отец лишился всего, включая места в партии. Друзья от них тоже отвернулись, сторонились и отводили глаза при встрече. И хоть она об этом не говорила, но всё это сильно давило на неё.
Она не просто переживала из-за отца, она чувствовала себя виноватой. Клеймо «дочь предателя» тяготила её больше, чем она готова была признать. Катя волновалось, что это отразится и на нашей семье, детях. И даже после того, как выяснилось, что отец её скорее был обманут, чем сознательно пошёл на преступление, она не могла до конца успокоиться.
Поэтому я решил, что не буду донимать её расспросами. Что толку от этого? Когда будет готова, сама начнёт говорить. Вместо этого старался водить её куда только можно было: на прогулки в парк, на выставки, в кино.
Когда мы отошли на приличное расстояние от кинотеатра и вокруг уже не гомонили люди, я спросил:
— Ну как тебе фильм?
— Прекрасный, — ответила она, улыбнувшись. — Лёгкий, весёлый. Очень интересный. Актёры — настоящие мастера своего дела.
Я согласно кивнул. Недаром эта картина Леонида Гайдая стала классикой отечественного кинематографа и прочно поселилась в сердцах людей. Не уверен, что нашёлся бы в будущем хоть один человек, который не слышал бы о ней.
— Мне особенно понравилась Наталья Варлей! — продолжала щебетать Катя, помахивая сумочкой в такт шагам. — Такая красивая! Такая живая, естественная. Она будто не играла, а жила. А песня… — она на секунду прикрыла глаза, будто вспоминая слова. А потом хихикнула. — А ещё эта троица — Вицин, Моргунов и Никулин… Я их полюбила ещё с Операции «Ы».
— Это да, — согласился я. — Без них фильм был бы совершенно иным. — Я сурово глянул на Катю, пародируя взгляд Моргунова, и она рассмеялась.
Мы шли по бульвару, мимо проезжали троллейбусы, автомобили, а ветер доносил до нас запахи и звуки вечерней Москвы. Катя, по-прежнему живо вспоминала то одну сцену из фильма, то другую. Вдруг она слегка забежала вперёд, остановилась и начала воспроизводить сцену урока танцев из фильма. Растрёпанная, раскрасневшаяся, она так забавно, что я не удержался и рассмеялся вместе с ней.
— Я бы с удовольствием посмотрела его ещё раз, — выдохнула она, когда мы успокоились.
— Тогда обязательно посмотрим, — ответил я, поглаживая её руку. — Благо его будут крутить ещё долго.
Мы шли дальше, мимо книжного ларька и продавщицы мороженого в белом переднике. Небо темнело, и по нему поползли фиолетовые облака.
— А как у тебя дела с подготовкой? — поинтересовалась в какой-то момент Катя. — Успеваешь? Ты в последнее время мало об этом рассказываешь.
Я пожал плечами.
— Всё идёт по плану. Много всего навалилось, о многом пока нельзя говорить. Но, в целом всё хорошо. И у меня лично в том числе.
Мы свернули на боковую улицу, где людей стало ещё меньше. Катя ненадолго замолчала, явно о чём-то размышляя.
— А я на днях разговаривала с жёнами других космонавтов, — начала она нерешительно. — Они рассказывали, что уже известен состав тех, кто будет готовиться к полёту на Луну. Это правда?