Технология держится в секрете. Мы даже запатентовали её с маскировкой, сплав идёт, как упрочняющий поверхность металлов. Состав основного материала проходит по другой категории. Сначала попробуй найди, а потом догадайся сопоставить. Так что этой технологии даже у Роскосмоса нет.
— Виктор Александрович, а вы не боитесь ограбления? — Тома задаёт ещё один вопрос, ценность которого до меня не сразу доходит.
— Какого ещё ограбления? Уличного гоп-стопа? На это у меня охрана есть.
— Нет. Вдруг вас похитят и выкуп потребуют?
— Если такая девушка, как вы, задумает злостно меня похитить, то с удовольствием похищусь, — на мои слова Тома миленько розовеет. — Если серьёзно говорить, то это просто невозможно. Сейчас запрет на такие действия стоит.
— Как можно запретить преступникам совершать преступления? — девушка не унимается.
— Очень просто. Запрещено платить выкуп похитителям. Так что нет смысла этим заниматься. Выкуп всё равно не дадут, придётся жертву убивать, но сделать это сразу намного проще. Удар ножом в гуще толпы, снайпер с крыши — и дело в шляпе. Не надо проводить сложную спецоперацию при участии множества тренированных и дорогостоящих людей.
В этот момент постигаю ценность вопроса. И тут же реализую:
— Знаешь, Кира, проведи-ка ты интервью на эту тему с компетентным лицом. А то вдруг ещё есть дураки, которые могут на это пойти.
— Всё-таки я не понимаю, почему — вздыхает Тома. — Вот приставят вам нож к горлу и скажут: «Давай переводи деньги на этот счёт».
— Сколько?
— Что «сколько»?
— Сколько денег надо будет перевести? Сто тысяч рублей — без проблем. Даже пару миллионов можно. Но не больше. И если кто-то может прихватить человека с охраной, то это ведь серьёзная организация, так? Будут они пачкаться за такую сумму? Не-а. Игра не стоит свеч.
— Могут и сто миллионов запросить.
— Рублей? Не, в мобильном варианте не прокатит. Большие переводы требуют сложного оформления. В переводе надо указать реальный договор или другое основание, к примеру, счёт-фактуру с печатью и моей подписью. Прилагается товарный чек, есть виза от главного бухгалтера. Всё это банк проверяет перед тем, как перегнать деньги. Счёт-получатель должен соответствовать реквизитам платёжки. Понимаешь?
Тома заторможенно — процедура передачи денег её сильно впечатлила — кивает.
— Ты сама должна знать, — вступает Трифонов. — Мы же с Виктором Александровичем так и делаем.
— Ой, я ж в финансовые дела не лезу…
— А документы мне на подпись кто носит? Они все через тебя проходят.
Тома смущённо умолкает. Возвращаюсь к Кире:
— Это тебе, если хочешь, заказ. Проведи беседу на этот счёт. Простой зритель должен отчётливо понять, что большие деньги таким способом не получишь. С меня грант в сотню тысяч.
— Двести, — Кира реагирует моментально.
— Сто авансом, сто по результату, — моя реакция тоже на высоте. — А то вдруг позовёшь кого-то совсем невнятного. И знаешь что, лучше просто нанять актёра. Только ему надо важное и убедительное место работы назначить. Вроде департамента финансового мониторинга Центробанка.
— Я могу реально пригласить из Центробанка, — слегка кривится от моего предложения.
— Не всякий может доступно и понятным языком лекцию прочесть. Короче, сама думай, как не пролететь мимо второй сотни тысяч.
Трифонов косится с уважением. Не всякий может так на ходу дела проворачивать.
14 июня, вторник, время 21:15.
Синегорск, квартира Глафиры Стрежневой.
Летом сидеть перед телевизором? Вот уж нет. Что там интересного? Лучше с соседками на лавочке посудачить. Дети как-то приезжали, подключили квартиру к этому дурному интернету. Зинка купила телик размером с окно. Чем бы родное дитя ни тешилось. А оно вон как! Какие интересные фильмы бывают. Только не для меня.
Соседки всё время трут про какую-то азиатскую деваху. Запали на какое-то басурманское кино.
— Как же жалко эту Сун Линь, — причитают. — И начальник-то её гнобит, и родители давят…
Тьфу ты! Зарядила бы в глаз начальнику, послала бы в канализационный колодец тупых родителей. Зинку бы мою туда, дала бы всем жару! По струночке бы ходили и по команде писались.
Приходится сидеть перед телевизором. Зинка вчера позвонила, сказала, чтобы в этот день как штык новости вечером смотрела. Что и где ты, дочка?
— По телевизору увидишь. Я с Витькой. Пока, мам.
Не любит Зинка долгих разговоров, ха-ха. Зато если прорвёт, то всех святых выноси. С детства это у неё. Сильно умные говорят, что я виновата, яблочко от яблони недалеко упало. Ага, как же! Недалеко, ага! Да она с детства меня переплюнула. Красавица моя!