— Как ты думаешь, мы не останемся тут навсегда? — спросила между тем странница.
— Тот кто поместил нас сюда не намерен ждать слишком долго, — серьёзно пояснил Летински. — Так что держись рядом. Не отходи от меня даже на метр. Ясно?
Она кивнула. Солнце ощутимо припекало, а где-то позади остался их шалаш.
Летински был уже одет. Касси даже не заметила, когда он успел напялить на себя рубашку и джинсы. На поясе висело современное оружие, какие-то ножи. И даже его «уникальная» дубина была уже на своём месте.
— Из какого ты мира? — спросила Касси останавливаясь.
— Планета Земля, Солнечной системы, 25 век, если считать по общей шкале, — сообщил капитан. — Временная шкала — всеземная. А ты?
На лицо его спутницы скользнула тень. Возможно это было связано с упоминанием Земли. Но, почему?
— Я жила в одном из магических миров, — сказала она. — Там все построено на волшебстве, ну вот, пришлось мне тоже соответствовать. Хотя прилично колдовать, я так и не научилась.
Правда, до этого момента я думала, что умею проходить через границы миров. Меня иногда называют — странница.
— Действительно умеешь? — уточнил Летински.
— До этого момента, — повторила вздохнув Касси. — Я могла различить грань в смежном пространстве, или отыскать тропу или определить портал. Но сейчас, оказавшись тут…
Она тоскливо оглянулась. — Я не вижу никаких границ. Может быть если бы нам удалось вернуться в тот город, где мы были, и если ребята из моего мира открыли портал, то конечно я бы уже нашла его. Но как теперь отыщешь то самое место? Этот мир так легко меняет целые сферы, что поиски становятся нереальными.
— Все реально, — Летински бережно обнял ее за плечи и развернул к сооружённому из листьев пальмы домику. — Поверь мне. Мы выберемся из этой заварухи и ты вновь будешь путешествовать из мира в мир. А может быть заглянешь и на Землю?
— Никогда, — отрезала Касси и сказала это так, что капитан понял. Она жила на Земле. До того, как попала в свой магический мир. Что-то произошло и странница успела уйти оттуда в последнее мгновение. Хотя может быть тогда она еще не была странницей.
— Пошли в тень, — предложил Летински.
И тут вновь вернулся безликий голос.
— Через полчаса остров скроется в пучине океана, — произнес голос Системы. — Если вы желаете спастись, то торопитесь. Сейчас к вам направляется корабль «Жемчужное счастье». На нём есть места для пассажиров. Поспешите занять место в шлюпке.
— Чертов чревовещатель, — проворчал Летински лихорадочно осматривая океанскую гладь в поисках обещанного плавучего средства.
Теперь, вдали был хорошо различим корабль направляющийся к ним полным ходом. Гордо сияла надпись «Жемчужное счастье».
С борта быстро спустили шлюпку и она направилась к застывшим в странном предчувствии двум «гостям» Системы.
Странно, но в лодке не было матросов.
.
Где-то во Вселенной
Все тайное становится явным.
Эд терпеливо раскладывал продукты по полочкам и шкафчикам в доме Жоржа.
В целом помещение выглядело довольно уютным и милым.
Большие окна, занавесочки в зеленый горошек, очень удобная и мягкая кроватка с двуми перинами по размерам больше подходящая ребенку, чем взрослому человеку. Но это было понятно.
На ней спал котик.
Больше в комнатке ничего не было. Полочки и маленькие шкафчики с многочисленными отделениями. Пушистые, мягкие ковры на полу и стенах, надежные и удобные досточки рядом с окошком для заточки когтей.
Несмотря на внешний уют помещения, Эдуарду вдруг почудилось в нём какое-то горькое одиночество.
Это было смутное ощущение, но показалось, будто хозяина комнатки никто и никогда не любил, поэтому он и окружил себя тем, что смог придумать, чтобы создать своеобразную иллюзию счастья.
Между тем Жоржик уже в облике огромного пятнистого кота с громким сопением затаскивал временно оставленную на крылечке сумку с колбасой и сгущенкой.
«Небольшая» сумочка, ранее, просто не вместилась в дверной проём, одновременно с рюкзаком и своими «сестричками».
— Как ты мог оставить такой ценный груз на крыльце, — проворчал Жоржик пыхтя и втаскивая поклажу внутрь дома. — Наши отборные, самые лучшие продукты.
— Переселяйся жить ко мне, — миролюбиво предложил ему Эд. — Буду всегда кормить тебя всегда самым лучшим.