- А если это не так? - всё похолодело внутри. - Всякое бывает. Совпадения...
- Наверное, но это не повод терять бдительность и... Не верю я в такие чудесные совпадения. Джамрану владеют и темпоральными, и пространственными технологиями. Большинство под запретом, но мало ли...
- Так что будем с этим делать? - обескураженно спросила я, чувствуя как злость постепенно улетучивается.
- Постараемся во всём разобраться, исследовать... А пока, нам лучше держаться друг от друга подальше...
- Хорошо... - мне стало так плохо, что не передать.
Он стремительно подался вперёд, уткнулся лицом мне в колени и оттуда глухо проговорил:
- Самое поганое, Вэлери, что я сам не хочу держаться от тебя подальше.... Я хочу, чтобы ты была рядом, всегда...
Чуть не плача, я запустила пальцы ему в волосы, с наслаждением перебирая пряди, наклонилась и прижалась щекой, с горечью вспоминая наши безумства в шкафу.
- И страстно желаю повторить всё, что испытал с тобой, и делать это снова и снова. Каков бы ни был итог или исход... Я лучше сам умру, Вэлери. Потому что... Это немыслимо, но я тебя...
- Простите, что прерываю... - смущённо произнёс кто-то поблизости и покашлял. Мы вскинулись одновременно и уставились на...
Да! Это был он! Мы тотчас узнали его, несмотря на капюшон и накидку, а возможно и благодаря им... Либо интуитивно - по голосу. А когда инопланетянин обнажил голову, сомнений не осталось
- Четвёртый смотритель! - воскликнула я, ибо это был он. "Кедровые" шишки на голове ни с чем не спутаешь, а лицо... Я запомнила его! Хоть и созерцала недолго, и только раз. Этот облик словно врезался в память.
Смотритель стоял на дорожке в нескольких шагах он скамейки и тепло улыбался.
- Я тоже рад встрече! Вот и свиделись через миллиарды циклов...
- Что вы тут делаете? - отрывисто бросил Риген. - И как сюда добрались?
Настоящий джамрану! Сразу к делу без обиняков, слёз, объятий и сантиментов.
- Ну вот! - вырвалось у меня. - А ты говорил, что с таким сердцем он долго не протянет.
И сама ужаснулась своим словам.
Однако смотритель лишь рассмеялся.
- Собственным ходом. Я хозяин этого парка. Кельбер - мастер измерений, и тот, кто привёл вас сюда.
- Невозможно! - кажется, вскричали мы оба.
- Разумеется, - кивнул он, - но я должен многое разъяснить. Так получилось, что удалось разделаться с делами пораньше. Вот и захотел увидеть вас прежде остальных...
- Увидели? - нахмурился Риген. - Довольны?
- Да, - он кивнул. - Вы тоже не изменились. Вернее, нет... - покачал головой с шишками. - Изменились, но в лучшую сторону... Теперь я вас нашёл, остальное потом. Не буду вам мешать. Приходите на ужин, там и поговорим.
Под недоумевающими взглядами на двух перекошенных физиономиях, смотритель степенно удалился. Но до калитки так и не дошёл, а истаял буквально на полпути. Мы с Риго озадаченно глянули друг на дружку.
- Безумие какое-то, - пробормотал джамрану и добавил:
- Думаю, нет смысла продолжать разговор. Мы уже объяснились.
- Э-э! Нет, - заартачилась я, - не всё мы выяснили. Кое-что ты мне должен.
- Чего ты хочешь?
- Пролей-ка свет на некое обстоятельство... Кто из нас всё-таки соблазнил?
- Ты.
- О...
Вот как? Стало быть, признал своё поражение. Это радует!
Я довольно улыбнулась.
- Значит...
- Это ничего не значит, - Риген коварно прищурился. - Точнее, лишь одно. Соблюдать наш договор опасно и бессмысленно. Я расторгаю его.
Вот так-так...
Капитан развернулся и направился к воротам.
- Ты сам назвал меня "звездой в своём небе"! - крикнула ему вдогонку. - Я за язык не тянула...
Риген приостановился, обернулся, смерил меня задумчивым взглядом и заявил:
- У этого выражения есть и другие значения. Например, "отныне, на моём небосклоне ты - звезда, опалившая меня". Так я и сказал.
Почему всё так сложно?.. И как страшно жить!
Глава 41. Эра всеобщего благоденствия
Ужинали мы на квадратном балконе смотровой башни. Отсюда открывался прекрасный вид на Лаокону. Такие сооружения возвышались в центре каждого парка в обрамлении балконов и висячих садов.
Парки...
Город, распростёртый внизу, делился на районы или сектора, отмеченные границами изгородей из особой разновидности красных деревьев. Вся столица выглядела как буйно заросший цветной лабиринт.
- В наших городах нет улиц в обычном смысле, - объяснил Кельбер. - Есть площадь и парки вкруг неё. За отдельными парками следят, подобно мне.
- Ориатонцы? - спросил Риген.
- Мы называем себя ори-атами, - улыбнулся шишкоголовый. - Наш дом теперь здесь, но пришли мы из созвездия Ориона.
- Вы хотите сказать... - опешила я, - что Орион и Ориатон... Как-то связано?.. Но это же, из мифа Земли.
- Определённо созвучно, - отметил Риго.
- Мифы тоже откуда-то взялись, - загадочно произнёс Кельбер.
Однако нас больше волновал другой вопрос - откуда взялся он сам.
Тем не менее, ели мы с аппетитом, и всё было очень вкусно.
- Не обязательно такие, как я, - добавил смотритель. - Представители разных народов присматривают за секторами и следят, чтобы жителям там было удобно и безопасно. Это их выбор.
Смотрители?
Неплохо они тут устроились, судя по обстановке и обильной жратве.
- Сегодня я угощаю, - пояснил смотритель, - а дальше питаетесь сами, по вашим потребностям и возможностям. Мы авансом предоставили вам первый уровень.
Я не представляла пока, что это значит, поэтому старалась наесться впрок и даже с собой прихватить. Прежде чем разберусь, в чём фишка этого далёкого загадочного будущего. Вдруг, придётся жить впроголодь или питаться одними пищевыми кубиками. Что, впрочем, одно и то же.
Кто бы мог подумать, что мы окажемся за столом с древним ориатонцем? Я, Риго, Зарек, и астроморфы.
Да-да, Сэжар и Тиа ужинали с нами. В своей антропоморфной ипостаси они вели себя вполне по-людски. Кроме того, смотритель пообещал избавить Тиа от кронциальной зависимости, как он выразился.
Взамен на что?
Закатное небо напоминало топлёное молоко с апельсиновыми разводами. Где-то в поднебесье парили птицы, а цветы на балконах благоухали сладковато-терпкими ароматами. Мир вокруг обволакивал надёжностью и умиротворением...
- Мы сами создаём настроение, - смотритель улыбался, и воздух лучился теплом.
Признаться честно, мне не хотелось покидать его...
- Эра всеобщего благоденствия, - слова Кельбера прозвучали как отражение моих мыслей. - Нет ни войн, ни преступности, ни болезней, ни голода... Все счастливы и довольны.
Короче, мир во всём мире!
- Как вы этого добились? - поинтересовался Сэжар, с аппетитом уплетая фруктовый пирог. - Повсеместным равенством?
- У нас нет равенства, - смотритель покрутил шишковатой головой, - но повсюду царит согласие и единство.
- И каков секрет? - не отставал белый гигант.
- Мы пришли к этому через сочетание традиционного и прогрессивного, - глубокомысленно изрёк Кельбер, - трансформацию желаний и возможностей посредством выборов, усилий и достижений. Сие значит, что если кто-то хочет получить сверх установленного минимума, он должен стать лучше.
- Что значит лучше? - усмехнулся Риген. - Это понятие относительное.
"И растяжимое", - добавила я про себя, с удивлением обнаружив на столе нетающее мороженное.