— Да! — пылко ответил Сэжар.
— Прибереги свои порывы, дорогой. И держи.
Она вручила ему коробку.
— Что в ней?
— Конфеты для твоей возлюбленной.
— Что в них?
— А ты смышлёный мальчик, — дыра рассмеялась журчащим атласным смехом и похлопала герцога по щеке. — Зевсий с прометием. Его дают молодым звёздам, чтобы ярче сияли.
— Но ведь…
— Совсем небольшая доза. Она почувствует желание, подъём, и ты легко овладеешь ею.
— Зачем это мне?
— Чтобы зажечь инволюцию. Эволюция на этой стадии обратима. Только возьмёшь её страстно и одаришь своим теплом. Вольёшь в неё свет… — она ностальгически улыбнулась. — Затем приходи ко мне. Я помогу вам сбежать.
— Вам это зачем?
Дыра улыбнулась горько.
— Араджи мой. Я хочу вернуть его, насовсем. Если ты не против.
— Нет.
— Тогда ступай к ней.
— Сейчас?
— Конечно. Он только что покинул её…
— Откуда тебе знать? Ты что, следишь за ними?
Мэйлали поддела его длинным ноготком за подбородок и оттолкнула.
— Иди! Араджи там нет! Я уверена. Он каждую ночь проводит у меня и со мной.
Сэжар одарил её недоверчивым взглядом и со всех ног бросился к своей несчастной звёздочке. А Мэйлали смотрела ему вслед и думала:
«Прекрасно! Когда принц обо всём узнает, то убьёт обоих».
Герцог нашёл принцессу одинокой и покинутой в обнимку с опустевшей коробкой из-под конфет и бьющуюся в рыданиях…
Тогда он обнял и утешил её. Протянул новое лакомство, и слёзы Тиа быстро высохли, задобренные сладостью, и вскоре она улыбалась ему…
Он овладел ею почти на рассвете, с каким-то исступлённым наслаждением. Это было как наваждение! Безрассудное и кипучее! Он погружался в неё и проникал всем блеском. Дарил тепло и возвращал к свету! И она сияла в его руках, а он радовался как мальчишка…
Поначалу Тиа страшилась боли, но Сэжар успокоил ей:
— Дурёха, мы же звёзды. Астроморфам не обязательно имитировать хуманидов во всём.
Потом ей стало легко и хорошо. Так хорошо, как никогда ещё не было. Она горела в экстазе и не хотела, чтобы это заканчивалось… И долго ещё лежала истомлённая его ласками, приходила в себя, хватаясь за отблески наслаждения…
Сэжар ушёл, пообещав вернуться и больше никогда с ней не расставаться. Он искал дыру, чтобы она помогла им обойти кордоны Арабаджи, но в галерее его схватили пульсары, связали запястья, приволокли в тронный зал и швырнули к ногам принца.
Жестом он приказал им удалиться и тяжёлой поступью приблизился к герцогу:
— Встань!
Тот повиновался с трудом, ведь руки были связаны, и с вызовом посмотрел на квазара.
— Как ты посмел?! — взревел принц и замахнулся… Мощный удар свалил гиганта с ног.
— Предал меня ради Эльгезера?! Признавайся!
Арабаджи снова велел поняться, и снова ударил… Так он избивал Сэжара, пока тот не лишился чувств и остался лежать на каменном полу, разметав по плитам светлые кудри. Квазар переступил через измученное тело, вернулся на трон и велел стражникам бросить Сэжара в темницу из крониуса, чтобы вырваться он не смог…
После герцог даже не задавался вопросом, как Арабаджи о них узнал. Он боялся за Тиа.
Сэжара освободили, когда неизбежное зло свершилось. Его допустили и на церемонию, где счастливый Арабаджи представил всем свою перерождённую супругу-принцессу — уникальную чёрную дыру Тианнею, будущую королеву всех звёзд и созвездий. Она блистала в креолитовой диадеме, приветствуя гостей под руку с квазаром, и принимая поздравления.
Принц будто издевался над герцогом!
Тот едва ли не рыдал от отчаянья и хоронился в последних рядах, опасаясь, что принцесса увидит его таким жалким и трусливым.
— Как провёл отпуск? — проворковали рядом.
Сэжар вздрогнул и обернулся.
Мэйлали!
Как и прежде — яркая, красивая. И мерзкая.
— Сука! — выплюнул он ей прямо в лицо.
— Неважно выглядишь, — усмехнулась она.
— Ты подставила меня! — он с трудом подавил желание вцепиться ей в горло.
— О, нет! — дыра сделала невинные глазки. — Я подарила тебе ночь с Тиа и возможность ускользнуть от принца навсегда. Вместе с ней. Поостынь…
— Как это? — он заинтересовался.
— Дело сделано. Теперь она блуждающая чёрная дыра.
— Ты знаешь подробности?!
— Конечно, — Мэйлали усмехнулась. — Никто не устоит перед тяготением чёрной дыры… Легко было окрутить и советника…
— Говори.