— А что там за штуковина в космосе?
— Какая штуковина?
— Вроде бы пирамида — полупрозрачная, в центре галактического перекрёстка…
Штурман заколебался, прежде чем ответить. Словно раздумывал, стоит ли говорить.
— Тетравир — координатор и регулятор Квиумвирата. Стабилизирует Млечный Путь и Андромеду, нейтрализуя протонные выбросы и гравитационные возмущения в ходе сближения.
— Так они сближаются?! — ахнула я.
— Спустя три миллиарда циклов от границы событий… Скоро должны столкнуться, по космическим меркам. Понимая неизбежность этого, квиумвиры отсрочивают столкновение и надеются его предотвратить. Но большинство считают, что удержать совсем не получится. Тетравир координирует и три другие галактики. Впрочем, две из них удаляются, а маленькую пока удаётся держать на безопасном расстоянии…
Космический регулировщик! Только управляет он не движением автомобилей и пешеходов, а целых галактик.
— Это я слышал от Кельбера.
— Я бы на твоём месте не слишком прислушивался к нему, — пробурчал Риген.
— И многое почерпнул из хранилища знаний Квиумвирата.
Штурман загадочно улыбнулся.
— Вы — в безопасности. Скоро сами всё увидите… Нам пора.
Но сперва Зарек ознакомил нас с некоторыми тонкостями перемещения.
— На противоположной стороне платформы — обратные транс-путеры, для возвращения на космодром. Мы же продолжим наш путь.
Входящие — исходящие? Как любопытно…
Зато теперь в нашем распоряжении оказалось пять шестиугольников, запрограммированных штурманом на конечную станцию.
— Иногда возникают заминки, — предупредил он перед отправкой, — если канал уже занят. Не пугайтесь. Надо всего лишь подождать.
В нашем случае переброска осуществилась без помех. Вскоре мы стояли на низком подиуме в окружении пышно благоухающего сада и в центре очередного геометрического абриса. Или скорее узора.
— Добро пожаловать в Кельбер-парк! — объявил Зарек.
Глава 39. Издержки музыкальности
Чувствуется, наш штурман основательно вжился в образ экскурсовода, и ему это нравилось.
— А теперь, прогуляемся.
— Пешком? — недоверчиво уточнила Тиа.
— Пешком.
Только мы слезли с подиума (а кое-кто и спрыгнул), как впереди появилась крутая лестница с перилами, увитыми чем-то похожим на виноград, с белыми цветами.
— Это ты её вызвал? — я еле сдерживала рвущееся наружу веселье, и даже сумрачный вид Риго не портил мне настроения.
Я в далёком будущем! Это же фантастика в кубе.
— Нет, пространство среагировало на нас, — ответил Зарек и туманно добавил. — И вместо лестницы могло возникнуть что-то другое. Но это не ваш случай.
«От каждого по потребностям и каждому по способностям».
Что-то в этой фразе меня смущало… Вывернутая она какая-то. Но принцип коммунизма я давно изучала, в институте, а потом нагрянули трудные времена… Короче, я махнула рукой и решила наслаждаться любым общественным строем, какой предложат. Лишь бы чаю налили, с шоколадкой.
— Обыкновенная? — удивился Сэжар, осторожно ставя ногу на каменную ступеньку. — И даже не транспортёр.
— И не эскалатор, — добавила я.
— Самая примитивная лестница, — рассмеялся штурман. — Привыкайте. Это философия эпохи Квиумвирата. Ей миллионы циклов, и мир до сих пор процветает.
Так и подмывало спросить, а что же творилось в промежутке… Какой колоссальный провал или кризис предшествовал либо способствовал триумфу? И долго ли так будет продолжаться…
Лестница увенчалась аркой, а за ней протянулась шпалерами живая изгородь из кряжистых широколистных деревьев. Растительный коридор уходил вдаль и тоже заканчивался аркой. По обе стороны от изгороди за воронкообразными кронами виднелись перламутровые купола. Так что, сравнение зданий с жемчужинами вполне себя оправдывало.
— Сейчас размещу с комфортом, — пообещал Зарек, и мы остановились где-то посередине этой аллеи. — Кельбер освободится к ужину. В вашем распоряжении полдня, чтобы освоиться, освежиться и отдохнуть, а кто уже проголодался, может и перекусить или выпить чаю со сладостями.
— Аи… Перебравшись через стену? — язвительно осведомился Риген.
— Ах, это, — Зарек усмехнулся, прочертил указательным пальцем в воздухе окружность и как будто вдавил кнопку воображаемого звонка.
В древесных заграждениях на приличном расстоянии друг от друга тотчас обозначились ажурные калитки.
Мы невольно переглянулись под насмешливым взглядом штурмана.