— Мифы тоже откуда-то взялись, — загадочно произнёс Кельбер.
Однако нас больше волновал другой вопрос — откуда взялся он сам.
Тем не менее, ели мы с аппетитом, и всё было очень вкусно.
— Не обязательно такие, как я, — добавил смотритель. — Представители разных народов присматривают за секторами и следят, чтобы жителям там было удобно и безопасно. Это их выбор.
Смотрители?
Неплохо они тут устроились, судя по обстановке и обильной жратве.
— Сегодня я угощаю, — пояснил смотритель, — а дальше питаетесь сами, по вашим потребностям и возможностям. Мы авансом предоставили вам первый уровень.
Я не представляла пока, что это значит, поэтому старалась наесться впрок и даже с собой прихватить. Прежде чем разберусь, в чём фишка этого далёкого загадочного будущего. Вдруг, придётся жить впроголодь или питаться одними пищевыми кубиками. Что, впрочем, одно и то же.
Кто бы мог подумать, что мы окажемся за столом с древним ориатонцем? Я, Риго, Зарек, и астроморфы.
Да-да, Сэжар и Тиа ужинали с нами. В своей антропоморфной ипостаси они вели себя вполне по-людски. Кроме того, смотритель пообещал избавить Тиа от кронциальной зависимости, как он выразился.
Взамен на что?
Закатное небо напоминало топлёное молоко с апельсиновыми разводами. Где-то в поднебесье парили птицы, а цветы на балконах благоухали сладковато-терпкими ароматами. Мир вокруг обволакивал надёжностью и умиротворением…
— Мы сами создаём настроение, — смотритель улыбался, и воздух лучился теплом.
Признаться честно, мне не хотелось покидать его…
— Эра всеобщего благоденствия, — слова Кельбера прозвучали как отражение моих мыслей. — Нет ни войн, ни преступности, ни болезней, ни голода… Все счастливы и довольны.
Короче, мир во всём мире!
— Как вы этого добились? — поинтересовался Сэжар, с аппетитом уплетая фруктовый пирог. — Повсеместным равенством?
— У нас нет равенства, — смотритель покрутил шишковатой головой, — но повсюду царит согласие и единство.
— И каков секрет? — не отставал белый гигант.
— Мы пришли к этому через сочетание традиционного и прогрессивного, — глубокомысленно изрёк Кельбер, — трансформацию желаний и возможностей посредством выборов, усилий и достижений. Сие значит, что если кто-то хочет получить сверх установленного минимума, он должен стать лучше.
— Что значит лучше? — усмехнулся Риген. — Это понятие относительное.
«И растяжимое», — добавила я про себя, с удивлением обнаружив на столе нетающее мороженное.
— В джамранском понимании я считался лучшим, но с точки зрения землянина…
Он выразительно глянул на меня, и я чуть не подавилась сырными шариками, украшавшими десерт…
«Зачем ты так!?» — хотелось крикнуть ему, но я лишь укоризненно промолчала.
— …выгляжу последним извращенцем.
— Да ты и по джамранским меркам извращенец, — хмыкнул Зарек и уткнулся в тарелку, еле сдерживая смех.
— Молчи, кири! — капитан изловчился и пнул штурмана под столом.
Как будто в нём проснулся прежний безумный шляпник.
Кельбер снисходительно улыбнулся, взирая на их возню, словно на выкрутасы расшалившихся детей.
— Исходя из объективации непреходящих и терминальных ценностей, а также ценностей, стратегий и целей присущих этому миру. А наши главные цели — сохранить, разнообразить и приумножить.
— И как вы это сохраняете и приумножаете? — продолжал допытываться Сэжар, давая повод заподозрить его в астроморфическом шпионаже.
— Чего ты пристал к ори-атани? — не выдержала Тиа. — Он устал намекать тебе, насколько это выше твоего понимания…
Я прыснула коктейлем прямо в Зарека. К моему удивлению брызги до штурмана не долетели, хотя сидел он напротив меня, а попали в Риго, находящегося сбоку и… Зарек при этом чересчур злорадно ухмылялся, пока капитан вытирался салфеткой. Впрочем, не всё коту масленица. Вдруг, ни с того ни с сего опрокинулся его стакан, и сок залил отнюдь не скатерть, а брюки Зарека. Шипя ругательства, штурман принялся оттираться. Так они на пару и утирались, мстительно поглядывая друг на друга, а тем временем над нами сгустилось сизое облачко и набухло, рискуя пролиться дождём. Балкон-то был без козырька…
— Хватит! — рассмеялся Кельбер и хлопнул в ладоши, облачко испарилось, как по волшебству.
— О-о! — взгляд Тиа исполнился благоговения. — Это вы сделали?
— Нет. Это они сотворили сами, а я лишь устранил последствия.
— О-о! — ещё больше прониклась девушка-чёрная дыра. — Высокие духовные практики?