— Более трёх миллиардов циклов, — кивнул смотритель.
— Сколько ещё продлится этот штиль? — осведомился Сэжар.
— Недолго, — грустно улыбнулся смотритель. — Примерно две тысячи лет, а после возможен новый удар…
Мы встретили эту новость молча.
— Что конкретно произойдёт? — глухо спросил капитан, через несколько минут.
— Тетравир — хранитель выйдет из строя. Млечный Путь с Андромедой встретятся, сольются и поглотят маленькую галактику Треугольника… Пока что тетравир сдерживает нежелательное влияние друг на дружку приближающихся космических гигантов, и мы контролируем нежелательный выбросы и искажения гравитации, но… Ресурсы Тетравира иссякнут неизбежно, — смотритель вздохнул. — Мы вымираем, банк корпускул не бесконечен… Скоро исчезнут все ори-атани. Надо спешить…
— Можно их развести, как однажды Тигра и Зебру, — предложил Риген.
Кельбер покрутил головой.
— Нет, это закономерное сближение, а мы лишь задержали процесс на счастливые полмиллиарда лет.
— Но тогда всё получилось, — напомнил капитан.
— Другие условия, не те галактики… Да и технология утеряна в смутные времена. Эксперименты заканчивались неудачами. Мы возлагали надежды на тетравир, однако… Нам придётся сделать выбор, и об этом вы узнаете завтра. Я приглашаю вас на совет квиумвиров.
— Что произойдёт с другими галактиками?
— Когда мы уведём тетравир отсюда, Зебра и Тигр отдалятся на огромное расстояние. Многие спасутся там… Но столкновение — это не самое страшное, смутные времена не повторятся, а лишь наступит эпоха перемен. Мы на какое-то время сохраним достигнутое. Хуже будет потом…
— Что именно?
Казалось бы, почему меня это должно волновать? Я ведь не доживу, то есть, не дожила бы…
— Спустя три миллиарда лет или гораздо раньше произойдёт квантовый разброс с последующим коллапсом, и эта вселенная безвозвратно исчезнет вместе со всеми обитателями. Этого нельзя предотвратить. Зародится другая…
Кельбер обвёл взглядом притихших гостей, переставших жевать и пить, и красноречиво уставился на Тиа и Сэжара.
— … вселенная, где балом правят астроморфы.
— И ничего не останется от этой? — я подумала: «Как печально».
— Если не примем меры, — кивнул смотритель. — Этому посвящён завтрашний квиумвириум… Сегодня — отдыхайте…
Сразу после ужина состоялся тайный совет капитана, штурмана и пилота Попрыгунчика. Мы собрались в традиционных апартаментах Ригена, мало напоминающих мои, и более похожих на стандартную каюту с композитным шкафом.
— Я смоделировал привычную обстановку, — объяснил Риген и потребовал от Зарека. — А теперь, переводи своими словами пафосные речи этого шишкоголового болванчика.
Штурман вздохнул.
— Через несколько миллиардов циклов вселенной крышка, но прежде грядёт для всех полнейшая задница… И что будет дальше уже не важно.
— Важно, — возразил капитан. — Но сперва я хочу знать, что происходит здесь и сейчас. Мы не видели ни одного джамрану…
— Ага, — поддакнула я, — а люди по ходу вымерли, как неандертальцы.
Тут Зарек расхохотался, чем огорошил нас обоих.
— Ненормальные! — он буквально давился от смеха.
— Мы?! — возмутился Риген. — А ты случаем не перепутал местное население с нами? Или уже ассимилировался?
— Ладно, — отсмеявшись, штурман над нами сжалился. — Конечно, появились новые расы и виды, не считая обитающих в Андромеде и Треугольнике, но в остальном… Джамрану, шакрены, синегарцы, линдри никуда не делись. Только гатраки эволюционировали. Чем вы слушали?
— Почему-то мы ни одного не встретили, — капитан нахмурился. — Хотя бы завалящего кири.
— Энергетическая прошивка — второй уровень. Ты создаёшь себе любую оболочку и выглядишь в глазах других так, как пожелаешь. Преобразование внешности без генетических ухищрений, доступное не только джамрану.
— И ты так можешь? — восхитилась я.
Называется, почуяла шанс дорваться.
— Нет, это продвинутый уровень. У меня — усечённый.
— Как получить продвинутый?
— Лера, завтра выяснишь сама. Так гораздо интересней.
— Согласна.
— Есть проблемы и поважнее, — заметил Риген, строго взглянув на меня. — Экспериментировать будем потом.
— Хорошо, — вздохнул Зарек. — Чего ты хочешь?
— Не доверяю я Кельберу и этому будущему с его квиумвирами, — сумрачно заявил Риген.
— А я — доверяю! И есть все основания…
— Какие!? — Риго мрачнел с каждой секундой.