Дура или прикидывается?
— Я и то, и другое. У меня многопрофильная подготовка.
Так бы и врезала сейчас по его профилю!
Не знаю, что там отобразилась у меня на физиономии, но Риген, повернувшись ко мне, сделал морду рубильником и отдал приказ:
— Старпом, навир, вы на вахте. Следите, чтобы попрыгунчик не сбился с курса… Да! Если что-то произойдёт, нас не беспокоить…
Нас?!
Это он добавил перед тем, как скрыться за переборкой вместе с «пациенткой». Рука его, между прочим, тотчас устроилась у неё на талии, и девушка не отстранилась.
Я рухнула в кресло и в бешенстве уставилась на чёрный экран невидящим взглядом. В конце концов, Зарек — старший по званию. Вот он пусть и следит. А мне плевать!
— Лера, — позвал меня штурман, но я его словно не замечала.
— Нет! Каков! «Надо тебя обследовать»… «Ты моя пациентка, а я твой врач»… Тьфу!
Я грохнула кулаком по консоли… То есть, вознамерилась грохнуть, но Зарек перехватил мою руку в паре сантиметров от поверхности.
— Лера! Не ломай оборудование!
— Да? — я повернулась к нему. — Да-а?!
Какого чёрта он делает в кресле капитана?!.. Ах, да! Капитан у нас нынче в медотсеке играет в доктора… Сволочь!
— Сначала он её раздел!
— Лера? — штурман задумчиво наблюдал за мной, а я отвернулась и принялась выстукивать пальцами свободной руки по приборной доске. Другую продолжал удерживать Зарек.
— Лера…
— Что, Лера!? — я в ярости уставилась на него. — Я уже соро… двадцать лет как Лера! Может, они ещё и генами обменяются?!
— Возможно, — Зарек выпустил моё запястье и, принялся изучать приборы. — Если нужно. Для дела.
— Это теперь так называется?
— Лера, — вздохнул штурман. — Если бы я всё о тебе знал, то решил бы, что ты… Как это у людей?.. Ревнуешь.
Он хитро прищурился.
— Чего? — я смутилась, резко опомнилась и буркнула:
— Ни капельки не ревную…
А чего это я, в самом деле? Веду себя как идиотка, влюблённая.
И нарочито занялась разглядыванием царапинки на консоли.
— Не отпирайся, — усмехнулся Зарек. — Это видно невооружённым глазом. И джамрану понятно!
— В смысле? — я насупилась. — Хочешь сказать, джамрану выше этого?
— Сейчас я ничего не хочу…
— Снобы!
— Лера! Джамрану не ревнуют. Никогда.
— Как это?.. — я даже опешила. — Абсолютно?
— Мы избавлены от этого вредного чувства. У нас отсутствует ген ревности.
— Хочешь, то есть, говоришь…
— Многочисленные генетические модификации полностью устранили этот дефект.
— Так это, по-вашему, дефект?
— Безусловно! Угрожающий генофонду нации и ведущий к уничтожению цивилизации.
— Гм… Люди же ревнуют и ничего, до сих пор живут.
— Разве это жизнь? Не сравнивай человека с джамрану. У нас всё иначе устроено… Многое иначе.
Кто бы мог подумать! Внешний инструментарий такой же…
Я загрузилась.
— Что у вас с Риго? — этот вопрос вышиб меня из колеи, участив сердцебиение.
— Ничего…
— Но я же вижу.
Проклятый джамрану!
В какой-то момент мне до боли захотелось довериться Зареку и рассказать, что со мной приключилось в прошлом, но… Что-то меня в тот раз остановило.
«Не время ещё, не время».
Я сжала губы.
— Хорошо, — Зарек снова занялся приборами. — Не говори. Не моё дело. Но ежели между вами что-то… Поздравляю! Вы друг другу подходите.
— В смысле?
— В смысле, — штурман переключил релки на верхней навигационной панели, — ваши чувства взаимны. Вы оба друг друга ревнуете.
— Но… Ты говорил джамрану не…
— И это так. Риген — феномен, в каком-то смысле. Он — уникален. Единственная джамранская особь во вселенной, способная ревновать. И ещё как!
— Как? Он умудрился.
И кажется я в курсе…
— Вводил себе экспериментальный препарат. Доэкспериментировался… Теперь у него редкий выдающийся дефект — неустранимый ген ревности.
Я внезапно посочувствовала Ригену.
— А почему ты мне рассказал? О его дефекте.
— Теперь мы одна команда. Нам нечего друг от друга скрывать…
— Не юли! Это из-за того, что он проговорился мне о твоём дефекте?
Случайно вырвалось…
— А он проболтался? — Зарек отвлёкся от приборов и взглянул на меня, чуть приподняв брови.
— Ну-у… Да.
Я поняла, что спалила Риго, нечаянно. И принялась его защищать.
— Но… он не специально, не со зла… Ты лежал без сознания, весь заштопанный, мы думали…