Риген демонстративно отложил инъектор и приблизился ко мне, пристально разглядывая. Я смутилась.
— Ты права, — продолжал он, — но, пожалуй, начнём с массажа…
Просто фантастическая готовность!
И под моим остекленевшим, я физически ощущала, взором Риго спроецировал на ладони виртуально-цифровой планшет.
— … чтобы тебя настроить, а потом… Необходима строгая схема, упорядоченность сеансов, если мы хотим преодолеть дисбаланс и дистрофию…
Но я-то хотела совсем не этого!
— Так… Думаю, первый сеанс обменотерапии надлежит провести сразу после массажа. Минут двадцать будет достаточно, на первый раз… Время следует увеличивать постепенно, — он что-то пометил в планшете, — далее… Второй сеанс — через два часа после первого. Часа нам хватит. Затем перерыв и следующий… — он снова что-то обозначил. — Утром? Да! Самый подходящий период — между водными процедурами и завтраком. Полтора часа вполне… Замечательно! Утренний обмен бодрит и повышает аппетит, — ухмыльнулся. — Заодно и подкорректирую тебе гены, связанные с навыками пилотирования — ускорим реакцию, усовершенствуем глазомер… Что скажешь?
Я и не поняла, что Риген ко мне обращается, пока он не оторвал взгляд от планшета.
— Вэлери?
Ну и видок у меня был, наверное, с разинутым ртом и вытаращенными глазами.
— Тебе подходит такой режим? Схему дальнейшего лечения обдумаю завтра. Генообменотерапия требует обстоятельного подхода. Нельзя всё пускать на самотёк.
— Риген… — я, наконец-то, обрела дар речи, не узнавая своего голоса.
— Слушаю.
Тон лечащего врача начинал меня раздражать.
— Понимаешь… Риген. Я не это имела в виду.
— А что? — удивился он. — Я ведь чётко уловил слово обмен… Неужели издержки перевода? Или ты подразумевала иной обмен? Типа бартер…
У меня возникло подозрение, что надо мной издеваются.
— Всё правильно. Я говорила именно о генетическом обмене.
— Тогда какие проблемы?
— Но… — как же ему объяснить-то и не покраснеть. — Я думала несколько другое, то есть, не совсем так, вернее… Я не хочу так!
Исподволь накатывало отчаяние.
— А как? — невозмутимо поинтересовался капитан. — Я твой врач, а ты — моя пациентка. Желаешь, чтобы я назначил другое лечение?
— Вот именно! — воскликнула я. — Не надо мне такого лечения! Хочется всё по-человечески.
Он нахмурился.
— По-человечески не получится, Вэлери. Я не человек. Или…
Похоже, он догадался.
— Ты говоришь о сексе? Что ли…
Я с облегчением вздохнула и промямлила:
— Что-то вроде того…
— Не выйдет, — Риген покачал головой. — Джамрану не занимаются сексом.
— Знаю. Но это не просто секс.
— Аи?
Как ещё ему втолковать?!
— Ну-у…
— Какие варианты? Если ты — человек, а я — джамрану, — похоже, мой доктор озадачился. — Конкретнее можешь?
— Не как врач и пациентка, а как человек и джамрану.
— Глехам… — мечтательная улыбка на секунду озарила его лицо, но он тут же посерьёзнел.
— Нет, Вэлери. Пока, нет… Ты ещё слаба. Двухсекундное пребывание в вакууме не прошло для тебя даром. Твой организм ослаблен, гены нуждаются в корректировке… Ты не готова к полноценному генетическому обмену со мной, — на этот раз джамрану улыбнулся самодовольно, чуть наклонился ко мне и вкрадчиво произнёс:
— Зато потом… Всё, что угодно, Вэлери, потерпи немного. Сначала тебе необходимо окрепнуть. Я не привык щадить своих глехам, но тебе будет со мной хорошо. Обещаю.
Я чуть не ударила его. Даже не знаю, что помешало… И всю свою ярость вложила в ответ:
— Нет!
Риген отпрянул.
— Не понимаю.
— Не хочу как глехам, не буду… Ни с тобой, ни с кем бы то ни было! Я хочу… — была не была. — Как джамрану с джамрану.
Капитан выпрямился, глядя на меня с удивлением и каким-то жалостливым снисхождением. Затем усмехнулся. Нет, не презрительно, а как-то печально.
— Это невозможно, Вэлери.
— Почему?
— Не люблю долго объяснять, — он вновь оказался рядом, присел на кушетку, взял мою руку и приложил ладонью к своей щеке. — Что ты чувствуешь?
— Э… — я растерялась. — Тепло… — в действительности мне стало приятно. — Гладкость…
— Ладно. А вот так?
Риген прижал мою ладонь к своему предплечью, так, что кончиками пальцев я чуть касалась его шипов.
— Риго… — в медотсеке сделалось жарко, и дыхание сбивалось.
— Что ты чувствуешь?
— Твою кожу!