— А как мне реагировать?!
— Не драматизируй, прежде всего. Как убийца ватар не состоялся. Зато из него вышел неплохой механик.
— Это да, — подтвердил киллер-неудачник. — Я же работал, на станции, но там мне не нравилось. А здесь — работа не пыльная, бесплатной еды навалом, разрешают залегать в спячку, да ещё и опыты иногда ставят, — он мечтательно улыбнулся.
— На ком? — не поняла я.
— На мне, — радостно сообщил он. — Мастер… капитан Риген так добр.
После таких откровений я впервые засомневалась в причинах, по которым меня здесь держат, кормят и обучают… И до сих пор не высадили на ближайшей планете.
— Но почему ты хотел убить Риго? Ведь он — не бабушка-легурон.
— Сам не хотел, — признался Черепашкин. — Я и клопа-то не обижу. Меня наняли…
— Кто?
— Не знаю. Пришли и предложили, мол, прикончишь капитана, и мы вернём прежний порядок. Тебя заберут в лабораторию и будут… — тут он осёкся и подозрительно вытаращился на меня. — А ты чего вынюхиваешь? Кто такая? Где вы её подобрали? — этот вопрос он адресовал Зареку.
Штурман пожал плечами и подмигнул мне.
— Понятия не имею. За этим — к капитану.
— А-а… — протянул ватар. — Так она — самка капитана. Тогда я пасс.
На этот раз я едва не задохнулась от возмущения, но не успела доставить этой клювастой панцирной мелочи максимум неприятностей, как Черепашкин принялся доставать Зарека.
— А чего мы дрейфуем?
— Мы всё ещё болтаемся на месте? — в свою очередь удивилась я. — Ты ж говорил несколько часов.
Я ведь полагала, что мы давно в полёте, но забыла спросить, куда летим и посмотреть в иллюминатор. И немудрено было так ошибиться. В рубке отражатели затемнялись, а на сверхскорости движение не улавливалось.
— Вот, — самодовольно промолвил Зарек. — Мне удалось продлить интервал до четверти фазы. К тому времени, возможно, получится изменить курс.
Ватар скривился, а я мысленно восхитилась талантами Зарека. В ту же секунду в рубку вошёл капитан. Кивком поприветствовал штурмана и позвал за собой ватара, начисто игнорируя меня. Мистер Черепашкин радостно выбрался из кресла и засеменил за своим «мастером» в его каюту.
Глехам!
Только они вышли, как Зарек снова заулыбался как довольный котяра. Неожиданно поцеловал меня в щёку и потёрся своим плечом о моё плечо.
— Опять? — догадалась я. — Вчерашний день…
— О, да! — просиял штурман. — Сегодня ночью. Ты была великолепна, Лера! Это так восхитительно…
То-то он такой развесёлый. А мне приходилось довольствоваться неизбежным.
— Ну, хотя бы понравилось…
— Ещё бы! — он изловчился и чмокнул меня в нос.
Я отпрянула.
Что за фамильярность? А с другой стороны… Я ведь хотела с ним доверительно побеседовать, но не знала, как подступиться и начала, разумеется, не с того.
— Слушай…
— Тебе готов внимать, моя хадд'эрси.
Ну да, уже и его… Кто?
— Я тут, э, подумала… Пока ты находишься там, то куда девается тамошний Зарек?
Штурман слегка озадачился.
— Я не задавался вопросом, поскольку там на себя не натыкался… Есть несколько вариантов. Либо меня уносит гипотетически, во сне…
— Это как?
— Исключительно сознание, а тело остаётся здесь. Тогда его сознание переносится сюда… Либо, физически, и мы полностью меняемся местами.
Интересная концепция.
— А, если…
— Не вздумай!
— Гм… Откуда ты знаешь, о чём я подумала?
— Подумал о том же. Что случится, если меня или его-меня разбудить?
Выходит, у нас со штурманом есть нечто общее!
— И?
— Решил, что и пробовать не стоит. Это не шутки… Удивительно, что здесь я отсутствую всего минут десять, а там провожу несколько прекрасных часов… — Зарек с наслаждением потянулся. — Этой ночью я пробыл там немного дольше.
— Поздравляю, — рассеянно ляпнула я. — Надеюсь, для тебя не глехам?
— Аи?.. Эт-жанди! Как ты могла такое вообразить? В кир-джаммритском словаре давно нет таких плохих слов. Мы — генетические партнёры.
Звучит гордо!
— Лер, ты чего? — он меня приобнял. — А хочешь… Я сделал записи.
— Что-о?! — я недоумённо уставилась на него и вспомнила.
Не предполагала, что он выполнит своё обещание.
— Записал наш с тобой обмен. Вдруг тебе понравится. Приходи вечером по шедариуму в мою каюту. Посмотрим вместе…
— Лучше ты ко мне, — поспешно ответила я.