— Чук… Чукотка, поселок Иультин.
— Хренасе, — донеслось из темноты.
— А люди тут есть, — зачем-то добавил Влад. — Тут автобаза какая-то… Дежурят на зимнике…
— Это, конечно, радует, — с сарказмом ответил собеседник.
Помолчали.
— Вы кто? — спросил Владик тихо.
Темнота явственно вздохнула:
— Старший оперуполномоченный Департамента по изучению псионических явлений, майор Край Кирилл Иванович. Корочку показать?
— Майор? — переспросил Владик и нервно скомандовал. — Ор… Оружие на землю! И ко мне ногой!
— Не смешно, парень, — вздохнул Край. — Табельник, понятно, могу кинуть, но тебе он не поможет, честно. А я и без оружия не самый приятный тип, как понимаешь.
— У меня свое… Типа, оружие…
— Догадываюсь, — донеслось уже явственно ближе.
— Не двигайтесь! — взвизгнул Владька и дёрнулся в сторону, попутно швырнув в опера волну воздуха. Темнота сдавленно охнула.
— Да не двигаюсь, чёрт! — раздражённо донеслось до Влада. — Только же отряхнулся… И не кричи, плиз! Заикой останусь… Спокойно, Стечко, спокойно!
Оба вновь замолчали, настороженно дыша в нескольких метрах друг от друга.
— Я могу включить телефон? — спросил мужик. — Блин, хоть глаз выколи… Подсвечу экраном.
— Х-хорошо, — затравленно отозвался парень.
— А может, у тебя фонарик есть? — снова вопрос.
— Рюкзак там… на вокзале… — отозвался Владик. — И шапку забыл.
— И мозги, — пробормотал военный. — Ты представляешь, что там сейчас творится, парень?
Владислав промолчал, поджав губы. Потом сотворил знакомый фонарик «Сивуч» и врубил его, направив в сторону Края.
— Пацан! — рявкнул военный, закрывая рукой глаза и отворачиваясь от слепящего луча. — Убери к чертям, млять!
— Нет!!
— Ну хотя бы не в глаза, зараза! Под ноги, что ли, свети… Нет у него фонарика, чёрт!
Дрожащий луч света дёрнулся к земле, но мужик был виден полностью. Он правой ладонью тер лицо, чертыхаясь сквозь зубы. Потом хрипло рассмеялся:
— Хороший приём. Я теперь прям обезоружен. У тебя не фонарик, а световая граната, какая-то.
А Влад смотрел на веселящегося огромного мужика и отчётливо понимал, что на этом всё. Отбегался кролик. Если даже тут его выловили, то никуда ему не убежать. Разве что на Луну? К горлу подкатил горький комок и хотелось сесть на снег и разреветься.
Ноги у парня подкосились, он и правда сел на ледяной наст, выронив фонарик. Тот откатился в сторону, хрустя льдинками, и выписал лучом неведомую загогулину.
Ничего Владька не сделает против Системы. Не его уровень, если уже столько про него вызнали. Ни-че-го! Сам-то, может, и вырвется, но мама? Даже если спрячет мамку, отчима с брательником и бабушку, то на Урале ещё много родных, которых так просто не скроешь от глаз подлого государства…
Он сидел, уставившись в снежный полумрак, не замечая ничего вокруг. Ему стало плевать на всё. Возможно, тут ещё и откат сыграл свою роль — вон какого кабана в телепорт протащил. Паренёк впадал в тошнотворное оцепенение.
Опер из Москвы с трудом подошёл ближе, подобрал фонарик, и сел рядом.
— Ну, чего завис? Слушай, давай уж отсюда убираться, нафик. Как-то всё коряво вышло. Влад? Владисла-а-в! Вот же ж…
Но парню стало совершенно безразлично, что происходит.
Вокруг него поднялся ветер. Сначала легкий, не соперничавший с местным, но с каждой секундой поток становился сильнее, закручиваясь вокруг Влада. Упругие струи набирали мощь, выдавливая Кирилла Края в сторону, выдувая мусор из-под ног. Ветер креп, набирая силу смерча…
Очнулся Влад от резкого удара по замёрзшей щеке.
— Вы чо? — отшатнулся парень.
Ветер тут же рухнул вниз, словно и не было его.
Оказывается, Владислав уже стоял на ногах. Огромный опер навис над ним и готовился хлестнуть ещё раз.
— Фух, чёрт! — выругался красный от злости военный. — Пришел в себя? Напугал, дурень!
Мужика трясло то ли от нервов, то ли и правда начинает замерзать. Прямо зуб на зуб не попадает.
— А зачем сразу по лицу? — возмутился Стечко.
— За надом, — огрызнулся офицер. — Я тебя уже минут десять пытаюсь привести в чувства. Грешным делом подумал, что писец котёнку. Так, прекратить разговоры. Всё потом обсудим. Прыгай уже! А то околеем к чертям!
— Руку давайте, не то тут останетесь, — хмуро сказал Владик.
— Не боись, уцеплюсь как-нибудь. Ладно, готов?
Кирилл Иванович крепко ухватился за ледяную ладонь парня. Удар воздуха разметал снежное крошево, и только эхо грубого матерка осталось вместо двух людей.