Прямой связи с Луны не было, но Федька ухитрился пару раз скинуть почтовые сообщения ребятам, когда его брали на Землю. Разок получил ответ. Совершенно дурацкий: «Федь у нас все хор! Ты когда к нам, а? Мы тут с бразерс подобрали один трек и готовим клип. Лови линчик. Чо как?»
На большее их не хватило… Даже «линчик» забыли прикрепить. Ну «хор», значит, «хор». Федька несколько раз перечитывал этот корявый текст и смеялся над детворой.
А вот сегодня выдался вечер пустой и мрачный. Настолько, что даже к басухе не тянуло. Всё валилось из рук. Парень сам не понимал, что так давит на душу.
Он весь вечер валялся на кровати и пялился на потолок, меланхолично наблюдая за плавающими рыбами.
Хорошая была идея — поместить комнату внутрь виртуального гигантского аквариума. Иллюзия получилась полная. Только со временем убрал подводные звуки — приелись эти пузырьки и присвисты косаток.
Спальня разрисована зеленоватыми колышущимися волнами отсветов и теней. Умиротворяет, усыпляет. Пол подсвечен тёплым жёлтым оттенком и усыпан цветными окатышами, напоминая океанское дно. Босиком шастать приятно, и Фёдор частенько так и делал.
Но сейчас… Сейчас музыкант хандрил. Он лежал тут, в своей комнате посреди жилого комплекса Галактической станции, затерявшейся где-то в западной части видимой стороны Луны около Океана Бурь и… просто хандрил.
«Зажрался ты, Федь», — попенял себе парень, но ничего не мог с собой поделать. Мысли крутились в голове только грустные. Понимал, что надо отвлечься, но пока не получалось.
Виной тому был приказ Оператора о разработке операции превентивного удара по военным базам Земли. В данный момент штаб уже плотно этим занимается. Задача — ударить один раз так, чтобы никакое из государств планеты больше не мечтало тронуть Анклав.
По сути верно, но… Но как-то неправильно, что ли. Нет, Фёдор не питал иллюзий насчёт военных властей планеты. Будь такая возможность, они бы давно растёрли в порошок и Оператора, и его людей. Конечно, вместе с Лунной станцией в придачу. От греха подальше, так сказать.
Но тогда чем они, псионики Команды, отличаются от вояк? Чем они лучше? Что дальше? Начнётся конфликт? Начнётся ведь, сто процентов. Не открытый. Кто же с распахнутым забралом пойдёт на врага такой силы? Будет тихое противодействие. Когда нож в спину. Когда все новостные сайты расписывают псиоников отморозками и мутантами, и вообще «они младенцев жрут». А сколько пострадает простых псиоников, что ни сном, ни духом об этом конфликте?
«Неужели Оператор не понимает, что нельзя так в лоб? Нельзя силой. Что потом? Ну поставим всех в «неудобную позу» и что? А как в дальнейшем сотрудничать? Кто будет с нами добровольно общаться? Опять силу применять? Потом снова и снова, пока не сломаем?» — задавал себе парень вопросы и боялся ответов. — «А хватит ли силёнок сломать семь миллиардов человек?»
В дверь энергично постучали, и хозяин комнаты дал добро на вход гостя, даже не поинтересовавшись, кто пришёл. Тоже мне великая тайна.
— Федь, здоров, — в комнату почти вбежал Пашка Уртаев и обессилено рухнул в кресло у стола. Вообще, это было любимое Федькино кресло, но Павел на такие мелочи внимания не обращал.
— Слушай, — сразу начал друг с порога, — надо же наших родных забирать, да? После операции с ударом я своего деда в Питере не оставлю. Ещё навредят как-нибудь. И отца надо бы забрать. Блин, голова кругом. Что делать, Федь?
Уртаев последнее время строил из себя крутого военного. Постоянно затянут в камуфляж, на ногах тяжеленные берцы с высокой шнуровкой.
Иногда нацеплял разгрузку с тысячей карманов, но быстро понял, что это перебор — и так уже странновато выглядел. Худощавый подросток до сих пор не набрал мышечного веса за последние пару лет пребывания в Центре. Только вверх вытянулся. Военная форма смотрелась на нём забавно.
Хотел коротко подстричься, но не смог. Долго вздыхал над своими цветными лохмами, но в итоге только обновил краску.
— Паш, думаешь, мы одни такие умные? — отозвался Фёдор. — Всё это учтут. Скорее всего, заберём всех родных сюда. А куда ещё? Посёлок только в проекте, а тут места вроде достаточно…
Сказал и внутренне поморщился. Ситуация, когда рядом поселятся его громогласная бабка со своей вредной сестрой, немного пугала. Две эти ведьмы поставят на уши всю Станцию. Укорот на них есть только в лице бати, но за старух обязательно вступится мама.
Парень будто наяву услышал крики и вопли, когда три женщины налетают на отца, и его передёрнуло. В своё время он был счастлив вырваться из дома именно по этой причине.