Граната взорвалась, и струи гидравлической жидкости ударили в разные стороны.
Рисс поднялась на ноги, прошла через ворота и дала знак троллям, полсотни которых выскочили из кустов и бросились за ней, в самое сердце тайной базы.
Хотя она и знала, что ее ожидает, но все равно благоговейно замерла. В ангаре стояли два корабля: в полумраке виднелись огромный крейсер класса «Сенсей» и транспортник, на котором прилетел Гуднайт.
Рисс увидела открывшего рот от удивления механика, застрелила его, потом послала несколько зарядов в сторону окаменевших от удивления рабочих на платформе за гигантом-крейсером.
У нее над головой просвистела пуля, и она нырнула под шасси транспортника.
Она увидела человека, который в нее целится, убила его, а потом и его приятеля, нагнувшегося, чтобы поднять оружие.
После этого мимо нее стали проноситься серые силуэты, и в воздух взвились копья, находя и поражая цели.
Зазвучали выстрелы — как из древних пистолетов, так и из современных бластеров, снятых с трупов бандитов.
Начали выть на все лады сирены, и отовсюду как муравьи посыпались мужчины и женщины.
Примерно этого она и ожидала, подсчитав, что у Маргатроида совсем не много опытных солдат. Большинство же составляли подсобники, корабельные механики, кухарки-служанки — куда им победить в рукопашном бою орду дикарей.
Заорали громкоговорители, а для пущего беспорядка Рисс сбила два из них со стен. От одного пошел дым. Рисс послала два заряда в сторону мастерских, потом перевернулась и бросилась в сторону, когда два человека выстрелили в нее. Она чуть приподнялась, и рядом ударила в бетон пуля.
Рисс еще раз перевернулась, стреляя почти наугад, и увидела, что кто-то торопливо возвращается по трапу в транспортный корабль. Она выстрелила в него, но промахнулась.
Но где же чертов Гуднайт? Она надеялась, что ни она, ни тролли этого прохвоста не застрелили. Несмотря на рев сирен, она услышала два объявления: «Пожар в хранилище горюче-смазочных материалов» и «Всему персоналу приготовиться к эвакуации».
Один из троллей несколько секунд смотрел на Рисс вопрошающим взглядом, а потом макушку его — или ее — головы словно срезало. Другой тролль жалобно вскрикнул, куда-то не глядя выстрелил, а потом упал и скорчился, тоже убитый.
Рисс увидела стрелявшего, пробила ему грудь и побежала к трапу транспортного корабля. Она в мгновение ока по нему поднялась — внизу становилось жарковато.
Мичел некогда было смотреть на людей, штурмующих трапы крейсера; она едва успела вскочить в транспортный корабль, как двери его шлюза с шипением закрылись.
Вспомнив военные учения своей юности, она инстинктивно бросилась в носовую часть корабля. Кто-то сбоку высунул голову, вскрикнул от ужаса и упал мертвым после выстрела Рисс.
Скоро она была вблизи от пульта управления, там четверо мужчин и женщин раскрыли рты, чтобы взмолиться о пощаде или закричать, предостерегая своих.
Она прошила их очередью и побежала через дергающиеся в конвульсиях тела. Впереди был пульт управления, и в кресле пилота сидел человек. Она застрелила и его.
Рисс посмотрела на панель управления, надеясь увидеть знакомые приборы или хотя бы пульт управления вооружением, которое можно было бы применить для поддержки атакующих троллей.
Но приборы были неизвестны, и Рисс решила, что любое разрушение будет на пользу делу. После этого она прицелилась в панель управления, нажала на спусковой крючок, но выстрела не было. Она поняла, что на базе уже израсходовала больше двухсот зарядов.
Она поменяла магазин и дала очередь по кабине управления.
На корабле тотчас взвыли сирены, а панель приборов, радуя глаз, замигала красными лампочками. Потом корабль резко накренился — подломилась одна из стоек-шасси. Корабль рухнул на палубу ангара, и Мичел выбросило из кресла.
Она тут же вскочила и подумала, что это слишком пустяковое происшествие для такой резвой девочки, и бросилась к воздушному шлюзу.
Если на корабле и оставался кто-то живой, то предпочитал не высовывать носа.
Шлюз был закрыт, но Рисс высадила с помощью бластера крышку аварийного пульта управления, и двери со скрипом открылись.
Чес Гуднайт сидел скрючившись в туннеле ангара над крейсером и подсчитывал свои шансы на спасение. Иногда он для виду постреливал по серым, всякий раз нарочно промахиваясь на метр.
В другом конце тоннеля лежали пластом Зигфрид и еще трое солдат, целясь и стреляя.
Громкоговорители орали, приказывая эвакуироваться, и Гуднайт ничего не имел против того, чтобы спасти свою задницу. Он лишь ждал удобного момента для броска к крейсеру.