Итак, первый цилиндр конференц-зала принял первых делегатов Солнечной системы. Булло оставался на страже в центральном зале, пока завершались приготовления. Затем он помог перенести все оборудование с их корабля и приготовиться к конференции, в то время как Дос-Тев и Меа-Куин следили за космическим пространством в поисках новых делегатов, а также выискивали признаки присутствия неизвестного врага, зловеще молчавшего в текущий момент. Проходили дни, лемнийские дни.
– Делегаты с одной планеты прибыли, – заметил Дос-Тев, пока они ждали остальных. – Теперь не должно пройти много времени, прежде чем появятся другие.
– Я чувствую странное беспокойство, – сказал Меа-Куин. – Снова проявилась Неправильность Пространства. Посмотрите на предупреждающий индикатор. Я недавно отрегулировал его, и все же он на что-то реагирует. Однако, похоже, это излучение не вредно.
Дос-Тев вскочил на ноги.
– Вы правы! – воскликнул он. – Возможно, это сообщение от приближающегося делегата. Включите космическое радио.
Меа-Куин быстро подчинился, и через несколько секунд трубки корабельного радиоприемника ярко засветились на полную мощность. Из динамика донеслось несколько бессмысленных звуков, а затем громко и властно зазвучал голос.
– Дос-Тев, ты слышишь? – произнёс голос. – Дос-Тев, ты слышишь?
Меа-Куин с белым от волнения лицом повернулся к молодому императору.
– Да пребудет с нами Тор! – воскликнул он. – Вы узнаёте этот голос?
Лицо Дос-Тева было мрачным.
– Узнаю, – недоверчиво произнес он. – Это архи-ренегат, Ай-Артц!
– Но это невозможно! Он все еще находится на расстоянии светового года от нас, и никакая известная нам сила не сможет донести его голос.
Дос-Тев покачал головой.
– Значит, у него есть сила, о которой мы ничего не знаем, ибо я готов поручиться своей жизнью – это Ай-Артц.
Он включил передатчик, в то время как Меа-Куин подскочил к пульту управления.
– Я отвечу, – сказал ему Дос-Тев.
– Ай-Артц, я слышу тебя. Чего ты от меня хочешь?
– А, – раздался голос из динамика. – Ты слышишь меня. Это очень хорошо. А теперь я предупреждаю тебя. Ты прекратишь свои тщетные попытки поднять народы Солнечной системы на борьбу со мной. У тебя ничего не получится, и когда я приду, я обрушу на тебя мою месть. Прекрати свои усилия, и я верну тебя в целости и сохранности на Лемнис и, возможно, наделю тебя некоторой властью в награду за твой поступок.
– Ни за что! – ответил Дос-Тев. – Если ты настаиваешь на том, чтобы я прекратил свои труды, то это придаёт мне уверенности в том, что это мои труды не безнадёжны. Я обещаю тебе, что тебя здесь ждёт радушный приём. Но, на самом деле, было бы лучше, если бы ты немедленно вернулся на Лемнис.
– Ты глупец, – раздался голос Ай-Артца. – Продолжай свою бесполезную работу. Мне это не сильно помешает.
– Посмотрим! – возразил Дос-Тев. – А теперь я отключаюсь.
Он щелкнул выключателем радиоприемника, и в комнате снова воцарилась тишина.
Меа-Куин оторвался от своих приборов со странным выражением на лице.
– Что вы обнаружили? – с тревогой спросил Дос-Тев.
– Я обнаружил, что у Ай-Артца есть могущественный союзник, – медленно ответил Меа-Куин. – Источник сигнала под нами! На глубине 200 миль! Это враг, с которым мы сталкивались уже трижды – это Неправильность Пространства. И теперь, когда я знаю, что он действует через 200 миль сплошных скал, я стал бояться ещё сильнее! Потому что наш враг находится внутри Луны, а не в космосе.
– Значит, это он помог Ай-Артцу передать свой голос на световой год вперед, хотя сам он движется со скоростью света?
– Да, он принял сигналы и ретранслировал их нам.
Снова прозвучал сигнал тревоги.
– Это Булло, – сказал Дос-Тев. – Он направляется к кораблю, и с ним идёт Тарвиш.
Через мгновение Булло вошел в корабль и крикнул:
– Три корабля, повелитель!
– Сразу три?
– Да, и это очень странные корабли. Один из них возник из ниоткуда прямо в кратере.
– Это делегаты, – быстро сказал Дос-Тев. – Я принимаю их эманации. Я пойду встречу их, а ты, Булло, посторожи здесь.
– Нет, – возразил Меа-Квин, – я должен остаться и следить за Неправильностью Пространства. Она что-то замышляет. Я чувствую это. Вы отправитесь к одному кораблю, а Булло – к второму. Тарвиш может встретить третий. Вы помните, у него есть переводчик, и я только что закончил устанавливать подобные устройства во все наши костюмы, так что мы легко сможем связаться с новыми делегатами.
Меа-Куин с тревогой наблюдал за своими приборами, ожидая окончания церемонии встречи. Внезапно он замер, разглядев на телеэкране три крошечных пятнышка света, парящие высоко над кратером. На его глазах они с поразительной быстротой стали увеличиваться в размерах, пока не превратились в огромные пылающие шаровые молнии.
– Клянусь Тором! – ахнул Меа-Куин. – Чистейшая энергия!
Шары, осветившие кратер красноватым пламенем, внезапно начали приближаться к кораблям прибывших делегатов. Меа-Куин начал действовать. Он стремительно направил поглощающий проектор в пространство, рассеивая его лучи веером. Произошло ужасное смещение пространства, и световые волны исказились так, что на экране кратер выглядел как беспорядочно перемешанная область скал и открытого пространства. Из трех энергетических шаров, слившихся в один огромный пылающий шар, вырвалась иззубренная молния и ударила в кратер. В том месте, куда она попала, края кратера исчез, мощный столб пыли взметнулся вверх и накрыл весь кратер, затмив солнечный свет. Кратер мгновенно окутала непроглядная тьма. Но три шара исчезли, и опасность миновала.
Меа-Куин, пошатываясь, вернулся к пульту управления и стал наблюдать за приборами.
– Айхуу, – пробормотал он. – Его больше нет. Но на этот раз он почти победил.
– Мы были на волосок от смерти, – признался Дос-Тев, вернувшись на корабль. – Но новые делегаты сейчас в безопасности, размещены в конференц-зале, а мы можем ожидать прибытия оставшихся в ближайшее время.
– Кто эти новоприбывшие? – спросил Меа-Куин. – У меня не было времени наблюдать за встречей, я постоянно следил за врагом снизу. А потом, в наступившей темноте я вообще ничего не смог разглядеть.
– Первый корабль встречал Булло. Это был корабль с планеты женщин, – Дос-Тев усмехнулся. – Он, безусловно, был поражен красотой дюжины делегаток, сошедших с корабля. И их сопровождающего. Ими руководит мужчина по имени Парсел, который, похоже, имеет какое-то преимущество перед женщинами.
– Я рад, – перебил его Меа-Куин. – Я переживал за последствия попытки образумить женщин. Они имеют обыкновение ставить свои личные интересы выше всеобщих.
– Нам нечего бояться на этот счет. Парсел – мужчина, впервые за много веков ощутивший вкус власти. Он не позволит ей ускользнуть от него.
– А другие корабли?
– В группе, которую встречал Тарвиш, было всего двое. Они прибыли с Четвертой планеты, и их лидер, некто Факс Гатола, оказался болен. Он не позволил Тарвишу оказать ему помощь, сказав, что уже принял противоядие от проглоченного яда. Сейчас с ними обоими все в порядке, и Тарвиш сообщает, что они благополучно размещены в своем цилиндре.
– Последний корабль встречал я. Он прибыл с планеты, окруженной кольцом, той самой которая, как мы боялись, может не откликнуться на приглашение. Их правитель, Просс Мере-Мер, прибыл собственнолично. Его сопровождали Фо-Пета и женщина по имени Зира, и эти двое очень влюблены друг в друга, а также с ними был Кама-Лу, астроном.
– Прекрасно! – воскликнул Меа-Куин. – Теперь нам осталось дождаться делегатов из трех миров, и мы можем начинать конференцию. Они должны прибыть до рассвета.
И они прибыли. Прошло совсем немного времени, и во впадине приземлился огромный корабль, почти одновременно с его приземлением в космосе, в нескольких милях над кратером, появился ещё один корабль. Корабль, опустившийся в кратер, оказался гласситовым кораблем с Нептуна, на борту которого находились отважный Стипа и его жена Тина. Однако второй корабль некоторое время провисел над поверхностью Луны, прежде чем пошёл на снижение.