Они быстро двинулись вперед, не сводя глаз с кристаллического нагромождения в полумиле впереди, в центре чужеродной полусферической оболочки. Некоторое время они, никем не замеченные, оставались на периферии огромной центральной пещеры, опустившись на уступ из ствола кратера. Дос-Тев был крайне озадачен. Наблюдая за движущимися тенями, он понял, что эти плоскости и углы являются проекциями объектов, движущихся в других измерениях, и лишь частично в трехмерном мире. Он без особого успеха попытался объяснить свою теорию Булло.
– Допустим, – заметил он, – мы возьмем простой пример. Лежащий ровно лист бумаги может представлять собой двумерный мир. Другой лист бумаги, расположенный перпендикулярно первому, также будет двумерным миром, однако друг для друга они будут представлять одномерные объекты – там, где край перпендикулярного листа касается другого. Флатландцу, живущему в одном мире, другой мир будет казаться лишь тонкой линией – одним измерением
– Аналогичным образом, – отметил он, – одно из обычных трех измерений можно было бы переместить в четвертое измерение, оставляя пустоту в одном из видимых трех, в результате чего что объекты были бы видны и осязаемы только в их двумерных проекциях!
По его представлениям, эта полусфера была мастерской Неправильности Пространства, а линии и углы представляли собой двумерные основания стен, приборов и манипуляционных устройств, одно из измерений которых было сдвинуто в четвертое. Каждый из изменяющихся углов, а возможно, и сами дискообразные тени могли быть лишь отражениями частей чудовищного двигателя, неотъемлемой частью целого, излучающего столь мощные воздействия в верхний эфир.
Прошло, казалось, бесконечно много времени, прежде чем они достигли многогранных сооружений, выступающих из лавового дна. Здесь они остановились, на мгновение растерявшись, потому что не могли разглядеть никакого входа.
– Они каким-то образом проникают внутрь! – воскликнул Дос-Тев. – Конечно, мы можем найти…
Его прервал вздох ужаса. Там, менее чем в трех футах от него, была одна из дискообразных теней, нерешительно застывшая перед отверстием. Вероятно, это был страж, и он был встревожен, поскольку почувствовал их присутствие. Это был первый раз, когда лемнисиане рассмотрели диковинных существ из центра кратера с близкого расстояния.
Совершенно плоское, похожее на диск существо обладало всего двумя измерениями, и представляло собой неровное пятно, края которого постоянно изгибались и меняли форму, подобно псевдоподиям амебы. Переливающиеся радужные цвета, радужная дымка, как масляная пленка в лужице воды, извивались и перемешивались внутри неправильных форм двумерного существа. Внезапно Дос-Тев осознал, что они должны перейти в наступление.
– Попробуем проскользнуть мимо него, – крикнул он, бросив быстрый взгляд через плечо.
В призрачном свете, исходящем из сизой атмосферы, он увидел, что гигантский краб, проигрывая битву, пытается отступить в боковой туннель. Он был практически скрыт под грудами атакующих дискообразных существ.
– Мы рискнем.
Он прыгнул вперед, к отверстию, но вибрация его голоса, должно быть, каким-то образом достигла дискостража. В верхней части его тела закрутился вихрь цвета, и вытянувшаяся щупальцем псевдоподия молниеносно метнулась вперед, нанеся Дос-Теву жгучий удар по щеке. В то же время он осознал, что диск обладает огромной массой, гораздо большей, чем он ожидал. Он нанес удар; его сжатый кулак ударил в твёрдую, как стена, дисковидную тенью. Сокрушительный удар обрушился на его голову и сбил ему дыхание. Он отпрянул, в то время как дискообразная тварь удивительным образом отлетела назад, поднялась в воздух и принялась беспомощно корчиться от боли в шести футах над землёй.
– Я думаю, я его достал, сир, – объяснил произошедшее невидимый Булло. – Мой бедный кулак, по-видимому, сломан, но – айхуу! – силы ему не занимать!
Дос-Тев, чувствуя головокружение после удара, на мгновение прислонился к стене. Огромный краб исчез, и из бокового туннеля показался поток возвращающихся в пещеру дискообразных существ. Окликнув Булло, он вбежал в отверстие и оказался в длинном освещенном туннеле.
Как ни странно, но с этого ракурса вся конструкция казалась прозрачной. За стенами и полом виднелись полупрозрачные очертания, а рассеянное освещение казалось более четким. Создавалось впечатление, что пол отражается под десятком разных углов. Это напомнило ему рисунок, виденный им однажды – тессеракт, четырехмерный куб, нарисованный в перспективе из гиперпространства. И все же ему удалось разглядеть коридор, уходящий за пересекающиеся коридоры вглубь лабиринта, оставаясь прямым и в то же время видимым под причудливо наклонёнными углами.
Одна его рука потянулась к невидимому поясу и нащупала гамма-бомбу, закреплённую им там. Другая потянулась и схватила Булло за руку. Вместе они быстро побежали к центру переплетающихся коридоров, где в гиперпространственной перспективе виднелись прозрачные гигантские машины, похожие на тени.
И все же победа далась нелегко. Высоко над головой, можно было рассмотреть дискообразные объекты, проносящиеся по верхним этажам, возникавшие перед их глазам благодаря изгибу света вокруг не имеющей трех измерений кривизны пространства. Встревоженные двумерные существа бросились на защиту. Вокруг центрального помещения они выстроили кордон из вращающихся дискообразных теней, которые, хаотично молотя псевдоподиями поджидали невидимых людей, угрожавших их твердыне.
– Я нападу на них! – закричал Булло. – С вибропистолетом. А вы попробуйте как-нибудь прорваться.
Прежде чем Дос-Тев успел возразить, Булло сжал руку своего юного правителя и исчез, бросившись в организованный строй двумерных дискообразных существ. Внезапно материализовался клубящийся водоворот, из которого вырвался тонкий голубой луч – разрушительный вибрационный луч, повергающий тени в небытие распада. Дос-Тев, увидев брешь, бросился вперед, крепко сжимая гамма-бомбу, одновременно слушая шум ожесточенной битвы, доносящийся до его из наушников.
Перед ним открылся проём. За ним виднелись заостренные цилиндры, контейнеры с вакуумными трубками и причудливые зазубренные ряды тонких пластин и полосок. Дискообразное существо, цвета которого бешено вращались, бросилось к Дос-Теву, и они сцепились, борясь на пороге. Невероятная масса отбросила его назад, но он все еще крепко сжимал гамма-бомбу. Падая на пол, он развернулся, опрокинувшись на спину и размахнувшись, метнул смертоносный снаряд.
– Во имя Тора! – крикнул он, когда смертоносная взрывчатка материализовалась за пределами невидимого силового поля и по дуге устремилась к аппарату. Она ударилась об огромный резервуар, и рассвирепевшее сознание Дос-Тева запечатлело последний образ. Вся конструкция рассыпается, превращаясь в осколки кристаллов, медленно кружащиеся вокруг, словно в водовороте. Затем они разлетаются.
Давящая на грудь тяжесть увлекла его вниз, в головокружительное забытье, хотя он так и не потерял сознания полностью. Смутно он осознавал, что дискообразное существо изменилось, что на его месте теперь извивалось и корчилось живое человеческое тело, и вот он, обездвиженный, открыл глаза, пристально вглядываясь в фиолетовую атмосферу.
Обычный трехмерный мир, но иная плоскость бытия. Он понял это сразу, как только зеленые голые гиганты сорвали с него сбрую невидимости и скафандр, а затем надежно связали его. В его дышащие с трудом легкие проник удушливо-сладковатый аромат чужой атмосферы.
Несколько мгновений спустя он сел на зеленоватую подстилку, сплетенную из травы. Он находился в зале суда, находящемся в каменном здании. Сверху падал яркий свет электронных ламп. В нескольких футах от него, крепко связанный, лежал Булло, его сбруя исчезла, а половина одежды оказалась сорвана с тела. Его большое лицо выражало недоумение. Его изумление от внезапной материализации в другом мире оказалось роковым, и после короткой схватки огромные зеленые гиганты обезоружили его и лишили возможности сопротивляться.