на палубах стремительно возросла, начала кипеть вода и кровь в сосудах, затрещала рыба в сетях, члены экипажа валились с ног.... - Проходит сквозь комету... - шептал себе под нос Майкл, медленно разворачиваясь. - Проходит сквозь неё... - Майкл, объясните нам, что происходит? - спрашивала голографическая Стейси Фесс. - Каковы будут дальнейшие действия НАСА? С широко раскрытыми глазами Майкл бросился к дальней стене студии новостей. Наполовину погрузился в голограмму, чтобы найти сенсорную панель управления на стене смотровой площадки "Орбитального барьера". - Майкл Крайтон покинул нас в связи с прервавшейся операцией НАСА по сдвигу кометы Свифта-Туттля... - говорила телеведущая "Евроньюс", пока голос не оборвался и голокамеры не перестали транслировать изображение. Майкл выбрал "Срочное сообщение всему экипажу" в меню управления "Орбитальным барьером". При его уровне доступа это была максимальная "способность" консультанта на станции своего агентства. - Стойте! Не стреляйте! - заорал он в микрофон. - Луч наведения прошёл насквозь! Комета перестала быть цельным объектом! Стойте! - Залп! - одновременно с ним произнёс командир по более закрытой линии. - Что... - начал Вернер, глядя на монитор, где дублировалось сообщение Майкла в виде печатного текста. Оставалась секунда до того, как до Вернера дошёл бы смысл сказанного и написанного. Оставалась ещё секунда, чтобы он успел нажать кнопку "Отмена", чтобы прервать операцию. Или хотя бы взглянуть на комету под другим углом - с Земли, чтобы проверить информацию Майкла. Если бы Вернер прервал запуск в этот момент, всё сложилось бы совершенно по-другому. Но у него не было этих секунд. - Открываю огонь! - пискнула Сайва и, даже не успев договорить, от волнения нажала кнопку пуска. Корпус станции "Орбитальный барьер" слегка содрогнулся. Лампы мигнули. По экранам пробежались помехи. От пятикилометрового главного генератора отделился длинный поток заряженных частиц. На полёт до кометы у него ушло семь секунд кошмарного ожидания. Все сотрудники НАСА - и на планете, и в Космосе - затаили дыхание, не обращая внимания на телефонные звонки, вопли в прямом эфире. Луч был виден только на радаре и иногда в облаках космической пыли. Он утонул в чёрной сфере и мгновенно вырвался с обратной стороны, устремившись к поверхности Земли. Все космические роботы-операторы направили объективы камер в одну точку. Все телезрители впали в ступор. Верн не верил своим глазам. Полуостров Индостан начал очень быстро плавиться. По нему расползлась оранжевая клякса. Горы взрывались, дома рушились. Реки и прилегающие воды океана моментально испарились, выплюнув в небо чудовищно огромные клубы пара. С ними поднимались пыль, пепел и особо крупные осколки. - Нет... - прошептал Майкл Крайтон, сползая по стене плечом и не сводя взгляда с "прозрачной" стены смотровой площадки. - Нет, нет, нет, нет... - говорил он, продолжая опускаться, пока не коснулся щекой пола. - Нет, нет, нет, нет... По всей территории Индии происходило какое-то антиизвержение вулкана: горы проваливались внутрь самих себя, долины опускались значительно ниже уровня моря, всё горело, абсолютно всё - деревья, трава, люди, животные, машины, даже асфальт, бетон и земля - сгорали практически мгновенно. Одни частицы уничтожались направленным потоком других заряженных частиц. Небоскрёбы в Мумбаи, Дели и других крупных городах таяли в бушующем пламени, словно были сделаны из воска. Серые улицы светились естественным огнём - с высоты казалось, словно фантастическая красная река течёт по геометрически правильным каналам городов... Миллиарды криков сотрясли мир. 27. На самом деле, её звали не Дайана. Такого рода делами неправильно заниматься, называясь настоящим именем. Возможно, Торн этого даже не знал; здесь, на Марсе, криминала вообще не было, а черпать подобный опыт из фильмов - это не дело. Но теперь сюда ступила нога профессиональной наёмницы. Не зная жалости, работая только за звонкую монету и не задавая лишних вопросов, киллер не сталкивался с проблемами уже много лет. На самом деле, её звали Мишель. Крупнокалиберная снайперская винтовка стояла на двух сошках, а девушка растянулась за ней по гладкой поверхности крыши одного из жилых домов Рэдтауна. Мишель чувствовала себя в полной безопасности, несмотря на открывающийся со всех сторон вид на городок: вокруг не было зданий более высоких, чем это, так что никаких случайных свидетелей из окон не должно быть. "Дайаной" она называла свою винтовку. Игрушка прибыла на Марс неделей раньше хозяйки. В грузовом корабле среди стройматериалов в бетонном блоке с определённым номером. В здание, построенное из этих блоков, камушек с "Дайаной" встал под своим номером со стороны тёмного узкого переулка, который немногочисленными жителями Рэдтауна почти не использовался. Туда вообще никто никогда не заглядывал - просто зазор между домами. Чего только не узнаешь из Всемирной Сети. Мишель хорошо подготовилась. Она извлекла "Дайану" сразу после встречи с Торном, привела её в рабочее состояние и забралась на идеальную позицию. Для стрельбы по широким окнам ночного бара. "Дюна" располагался в двухстах десяти метрах от высотки. Мишель не упустила ни одной детали: сводки искусственной погоды Рэдтауна гласили, что ночь будет абсолютно безветренная. Что для снайпера означало - джек-пот. Генри Браун, микробиолог, ботаник или просто учёный. Он находился в перекрестии прицела Мишель. И он должен был через считанные минуты умереть от точного попадания в голову. Днём он являлся завсегдатаем многочисленных лабораторий Рэдтауна, проводил исследования по терраформированию новых областей планеты, по выращиванию земных растений в условиях марсианской гравитации. Вечером он любил повеселиться с друзьями в "Дюне", хорошенько выпить, а иногда даже подраться - об этом тоже предупреждал Торн - такой вот неоднозначный человек. Марсианин говорил, что так пагубно на учёного влияет разбойное прошлое и особенно его старший брат, который не вовремя прибыл навестить родственную душу. У брата две сидки и плохие отношения с законом, Торн это подчеркнул. Как Рэйво отреагирует на смерть Генри - страшно было представить. Тёплая сонная ночь убаюкивала. В Рэдтауне шумные тусовки наблюдались редко: всё-таки население образованное, интеллигентное, в основном среднего возраста. Но Мишель не хотела спать, ведь она, как хищница, спала днём, а охотилась по ночам. Ничего неподозревающая жертва, к своему несчастью, тоже не хотела идти в кровать. Массивный интегрированный глушитель шепнёт "прощай", и для Генри Брауна всё будет кончено. Ей нужно управиться за час - хотя дело секундное - и тогда она успеет на уходящий пассажирский шаттл из Рэдтауна. Перед отлётом оставшиеся деньги ей вручит робот-охранник на входе в аэродром - нужно лишь сказать кодовое слово и принять из металлических рук пуленепробиваемый кейс. Мишель сомневалась, что Торн осмелится её обдурить, но кто знает этого сумасшедшего - вдруг ему не хватает приключений в скучной марсианской жизни. Она обязательно пересчитает деньги. Но это потом. Сейчас всё внимание девушка сосредоточила на светлой шевелюре Генри Брауна. Он сидел очень удачно для Мишель: вполоборота к окну, никто его не заслонял. Единственной небольшой проблемой оставалась девушка, которую Генри то и дело обнимал - она сидела с другой стороны, и нужно было выбрать момент, чтобы пуля прошла через парня, не задев соседку. Ни к чему лишние жертвы, если клиент ничего не говорил на этот счёт. Исходя из опыта таких дел, Мишель не удивилась бы, если вся каша заварилась из-за той самой девушки. Планировал ли Торн вернуть её к себе или просто хотел отомстить, заляпав её цветастое платьице кровью любимого? Это не волновало Мишель. Она лишний раз сверила лицо из перекрестия прицела с голограммой, которую предоставил Торн. Сто раз проверь и один отрежь. Ошибок Мишель никогда не допускала. Вне всяких сомнений, перед ней тот самый Генри Браун. "Ходячий мертвец, приятно познакомиться!" Братца по имени Рэйво она тоже нашла. Работодатель просил без необходимости его не трогать - "пускай попрыгает, как обезьянка". Даже не удосужился описать его, но задача найти его вышла несложной: он сидел за соседним столиком, развалившись с пивной бутылкой в руке, позади брата, держась в стороне от шумной компании. Но порой подключался к разговору, и даже иногда хлопал Генри по плечу или довольно сильно врезал кулаком. Как это по-братски. Сорок пять минут до запуска шаттла. Можно тянуть до последнего, чтобы не было проблем с отлётом из-за шумихи. Но кто знает, сколько компания просидит в баре. Они в любой момент могут встать и уйти, или начать танцевать, да хоть прыгать на голове - Мишель потеряет преимущество и отличную позицию для стрельбы. Придётся подбираться вплотную на исходе срока и импровизировать. А это значительно снижало шансы на успех. Генри был душой компании. Больше всех тараторил, жестикулируя. Мишель видела глаза девушки, обнимавшей его, в них читалось неприкрытое во