***
Я с головой ушел в работу, к родителям я практически не заезжал. Мне надо было самому справиться с потерей брата, а родители только усложняли и еще то что мы с Колтом сильно похожи. В общем я скрылся ото всех, кроме пациентов и нескольких друзей, которые несмотря на мои попытки остаться полностью одному, постоянно меня доставали. Алек был в их числе. Мы много общались и часто темой для разговоров была Мелоди. Я видел что он что-то от меня скрывает, да и он сам признался мне на днях что есть то что он не может сказать, но если я хочу знать то мне стоит возобновить общение с девушкой. Я дурел от его загадок, но главное что с ее сердцем все хорошо и она будет жить. Это было самое главное. О ней я вообще старался меньше думать, хотя это было сложно, даже на операции близнецов я знал что она следит за ней и все в детском отделении любят ее и ждут обратно. Не представляю как буду видеть ее каждый день и не думать. Не думать о своей тяге к этой женщине. Черт. Как же это тяжело, желать девушку своего брата, практически невесту, а тем более умершего брата. Сейчас это еще больше походило на безумие и предательство по отношению к брату и это съедало меня изнутри. Алек как-то предположил что мой интерес слишком личный и не похож на простое беспокойство, я не ответил и он покачав головой сказал что примерно так и думал, но мучить расспросами не стал. Спасибо ему и на этом.
Вспоминая нашу первую встречу у меня всегда было двоякое чувство к тому дню. Злость на брата и желание к совершенно незнакомой девушке. Восхищение как она держалась после случившегося, но она была моей пациенткой и потом, Колт. Брат всегда был смелее и решительнее меня, я улыбнулся, вспоминая все его бунтарские поступки на протяжении жизни.
- Несмотря на твою недолгую жизнь, ты братишка по-настоящему жил в отличие от меня, - откинув голову на кресло произнес я в пустом кабинете. Мелодии возвращается в понедельник, я знал это потому что все в детском отделении только об этом и говорили. Интересно она зайдет, и вообще обратиться ли она ко мне за помощью как я просил? Или ее «прощай» было попыткой оборвать любую связь с прошлым. Зажмурившись, я развернулся в кресле к окну и смотрел как садиться солнце. Одна мысль не давала мне покоя, что же имел в виду Алек?
Я стою у перил третьего этажа и вижу как она входит в центр сразу оказавшись во взрыве хлопушек и шариков. Персонал и все детское отделение поздравляют ее с возвращением и новым сердцем, новой жизнью. Я весь превратился во внимание и слух, всматриваюсь в каждую деталь ее лица. Что я должен увидеть? Она немного похудела, хотя, итак, слишком худенькая. На лице улыбка и глаза горят, значит она счастлива. Мне становиться хорошо от этого, я не хотел бы чтобы она лежала и угасала после смерти Колта, да и сам брат этого бы точно не хотел, поэтому я рад что она вернулась к обычной жизни и выглядит хорошо, чертовски хорошо. До того как стану кем-то замеченным я ухожу к себе, где всеми силами стараюсь убедить себя не ходить туда. Хотя меня тянет посмотреть на нее вблизи, поговорить с ней. Просто чтобы узнать, как она себя чувствует и как держится. Чисто с медицинской точки зрения. Ничего большего. Простонав вслух от своих бредовых мыслей я услышав стук выпрямился в кресле и увидел свою ассистентку.
- Доктор Стивенс, там Мелоди пришла, вы не спуститесь, торт сейчас будем резать, - с воодушевлением сказала она.
- Нет, у меня работы много, но вы развлекайтесь, - улыбнулся я ей, - Все-таки традиции надо соблюдать.
- Хорошо, - сказала она и хотела уже уйти.
- Надин, постой, - она замерла и снова заглянула в дверь, - Вы подарили ей цветы, которые от центра.
- Да, букет шикарный, - восхищенно произнесла она, - Мы все с ним фотографировались по очереди, - я еле сдержал усмешку. Девушки. Но был рад что он понравился всем, значит и ей понравиться. Не зря же я час мучил продавца составлением букета.