Закончив вокруг сарая и ванны, они продвигались вдоль стен к передней поляне. Именно там Маюми посетила блестящая идея.
Пока он стоял к ней спиной, она скатала в руке снежок и запустила ему в задницу. Она сделала вид, что занята работой, когда он оглянулся через плечо. Она специально встала к нему спиной, чтобы он не увидел, как она давится смехом.
Во второй раз она приготовила два снежка. Одним залепила ему в спину, а вторым — в грудь, когда он развернулся.
Она ожидала, что он слепит свой снежок. Вместо этого его сферы стали синими, когда он спросил:
— Почему ты бросаешь в меня вещи? Я тебя расстроил?
Он повернул голову туда-сюда, скорее всего, осматривая всю проделанную работу — а сделал он гораздо больше неё. Наклонившись, она набрала еще снега и скатала шар.
— Это называется игра в снежки, — сказала она, принимая боевую стойку.
— Я не хочу с тобой драться, Маюми.
Она не смогла удержаться и закатила глаза.
— Это игра, где люди бросают друг в друга снегом и уворачиваются. Тот, кто попадет больше раз — побеждает! — она бросила в него снежок, и он проследил, как тот пролетел через поляну и взорвался о его плотную грудь. — Ты азартный, Фавн? Потому что я да, и, кажется, я веду со счетом четыре-ноль.
— Ты… хочешь поиграть со мной в игру? — его сферы вспыхнули ярким желтым цветом.
За последнюю неделю они сыграли во множество игр. Они ограничивались настольными играми, но она подумала, что это может быть более бодрящим.
Однако она совершила ошибку. Очень большую ошибку. Фавн зачерпнул снег, чтобы сделать шар… и тот оказался размером с её гребаную голову. Это был снежный валун.
Твою мать! Она пригнулась, когда он бросил его, практически нырнув в сторону и распластавшись лицом в снегу.
— Ты должен делать их поменьше, Фавн! — взвизгнула она, когда он скатал еще один шар и погнался за ней.
Она спряталась за деревом прямо перед тем, как он запустил снаряд, но предупредила слишком поздно. Дерево содрогнулось, и белая пыль посыпалась с веток, накрыв её плечи и голову.
Маюми было плевать, что она немного пострадала в процессе. Не тогда, когда Фавн издал глубокий смешок, увидев, как она вышла, вся в снегу, сердито отряхиваясь.
— Это считается за попадание, — заявил он, смеясь и указывая когтем в её сторону. — Я всё же заставил снег упасть на тебя.
Надув щеки, Маюми быстро наклонилась и слепила самый большой снежок, какой только могла. Он всё равно был вчетверо меньше его снарядов. Затем она резко расставила ноги, топнув, и занесла руку.
Он сделал то же самое, готовясь. В тот момент, когда она шагнула вперед для броска, Фавн рванул с места, чтобы увернуться. Она промахнулась. На бегу он с легкостью зачерпнул снег и скатал шар.
По крайней мере, он был меньше, потому что она не была готова, когда он внезапно развернулся и бросил его в неё. Бросок был мягким, и за это она была благодарна, так как от удара она тут же шлепнулась на задницу.
— Это два, — отметил он.
Она опустила глаза, поморщилась и села, зарываясь руками в снег.
— А. Ой! Кажется, я что-то сломала.
Его сферы тут же побелели. Он бросился к ней.
— Я сделал тебе больно? Мне следовало быть осторожнее, — он медленно присел возле неё и осторожно протянул руки. — Прос…
Не дав ему закончить, Маюми швырнула маленький снежок, который скатала в руке, пока прятала её. Её смех эхом разнесся по поляне, когда она вскочила на ноги и побежала.
— Ах ты, маленькая лгунья!
Маюми успела пробежать всего несколько шагов, прежде чем её повалили. Фавн перевернулся в падении, и они оба приземлились на бок, так что он не раздавил её своим гигантским тяжелым телом.
Хихиканье, вырвавшееся у Маюми, было таким легким и беззаботным; она не могла вспомнить, когда в последний раз издавала подобные звуки.
— Это было жульничество, Маюми, — с легким рычанием произнес Фавн, отчего она захихикала еще сильнее.
— Мы не устанавливали никаких правил. Это был бой без правил. — в отместку он зачерпнул огромную горсть снега и вывалил ей на голову, на долю секунды частично похоронив её под ним. — Я всё равно победила!
Фавн обхватил её руками и прижал к своему телу.
— Это было весело, — сказал он. — Я давно не играл.
— Ты играл в такие игры с другими? — спросила она, высвободив голову из сугроба.
— Да. Я играл с близнецами при любой встрече. Думаю, им бы понравилось играть со мной в снежки.