Его морда поднялась, словно он обдумывал ее слова.
— И мы совместимы?
— Абсолютно. Часто требуется несколько выстрелов. Я смогла попасть в точку, которая заставила его встать на дыбы, и это значило, что ты смог его прикончить, — она потянулась и похлопала его по бицепсу. — У меня ушло бы несколько часов, чтобы ослабить его, а потом мне пришлось бы тащить его домой живым. Таким образом, я смогла добыть его прямо перед сумерками, и он достаточно большой, чтобы привлечь Демонов, даже если не пускать ему кровь, как я делала с кабаном.
— Звучит сложно, — фыркнул он.
— Так и есть. Приманивание Демонов — это искусство, которое нам нужно было довести до совершенства, — она скрестила руки за головой, пока они шли. — Я живу слишком близко к двум деревням, а это значит, что мне нужно либо свежее убийство, либо крупное.
— Хотя я уже заявлял, что не буду останавливать тебя, я все еще не понимаю, зачем ты это делаешь.
— Это значит, что на одного Демона в округе станет меньше, и он не сунет свою уродливую башку к этим деревням. Это все, что меня волнует — исполнять свой долг, даже если меня уволили. У меня все еще есть две ноги, две руки и сердцебиение, и я буду использовать все это, чтобы убивать их до того дня, пока не умру.
Фавн издал рычание на последних словах, но она отказалась скрывать тот факт, что смерть может прийти за ней в любой момент, только чтобы он не расстраивался. Чем больше он будет принимать то, что она умрет однажды, хочет он того или нет, будет он рядом или нет, тем весомее станут ее аргументы.
Иметь способности Фантома было бы так полезно.
Он объяснил ей подробнее, и Маюми была абсолютно, на сто процентов согласна с идеей стать неосязаемой.
Представить только, ко скольким Демонам я смогла бы подкрасться и убить.
Фавн превратил бы ее в идеального Убийцу Демонов.
Ее взгляд скользнул в сторону, на него; она знала, что он замедляет шаг ради нее. Провести то время, что у меня есть, с ним, звучит… тоже довольно неплохо.
Ну и что, если ему суждено умереть раньше вечности? С тем образом жизни, который она вела, у нее в любом случае оставалось всего несколько хороших лет.
Ее руки упали из-за головы, сердце болезненно сжалось. Губы сузились, а брови сошлись в тугом хмуром выражении.
Я думала, что смогу убедить его, если клей сработает, но тепло его тела буквально расплавило его.
Она использовала животный клей, так как не смогла достать казеин. Все остальное, что она нашла в Аванпосте Кольта, щипало бы его постоянно открытую рану. Это был ее единственный шанс, и он провалился.
Я не могу стянуть его рога ремнями, потому что он сказал, что сжимать трещину мучительно больно.
Она не возражала бы смотреть на кожу на его лице или даже на мерзкий желтый клей, если бы это помогло сохранить ему жизнь подольше. Она просто хотела, чтобы он почувствовал себя достаточно уверенным, чтобы забрать ее душу.
Я пробовала клей дважды за прошлую неделю, просто чтобы убедиться. Она не собиралась сдаваться только из-за одной неудачной попытки. Что еще я могу сделать?
Быть Фантомом — это просто бонус, но связь с этим здоровяком — вот за что ее разум упрямо ухватился. Как и ее мать, она была глупо решительна.
Называйте это любовью или влюбленностью, но она знала, что Фавн — единственный во всем мироздании, с кем она могла представить себя… счастливой.
Это было бы непросто. У них уже были свои трудности, но это был первый раз, когда она действительно хотела преодолеть эти вызовы, а не выпрыгнуть ласточкой в окно навстречу свободе.
Почему этого не могло быть достаточно?
— У тебя такое выражение лица, — наконец сказал он, когда они уже какое-то время шли.
Она фыркнула без особого энтузиазма.
— То самое, когда я что-то замышляю?
— Полагаю, оно у тебя такое постоянно, — усмехнулся он, заставив ее челюсть отвиснуть от возмущения. Наглость этого Сумеречного Странника! — Нет. Другое. То, когда тебя что-то беспокоит.
Это заставило ее челюсть мгновенно захлопнуться. Желвак на скуле дернулся, когда она стиснула коренные зубы.
— А еще ты тихая, — небрежно заметил он. — Ты редко бываешь тихой. Обычно ты надоедаешь мне и пристаешь. Меня беспокоит, когда ты этого не делаешь.
С притворным вздохом и совершенно искренним закатыванием глаз Маюми ускорила шаг. Что ничего не значило, потому что он просто подстроился под нее, пока она пыталась пробраться через глубокий и плотный снег.