— Ой, да выкладывай уже! — закричала она, напугав Фавна, который бросился на нее, но был отдернут веревкой назад. — Если есть способ спасти его, то, конечно, я хочу это сделать! Мне плевать, чего мне это будет стоить.
— Твоя душа стала ярче, — усмехнулся Велдир. — Уверен, ему будет приятнее есть ее горячей.
— Ты планируешь скормить ее ему? Разве это не сделает меня его невестой?
— Ты кажешься сбитой с толку и нерешительной, — сказал Велдир, и его лицо нахмурилось, отражая ее выражение. — Почему?
— Ну, — проворчала Маюми, потирая локоть. — Я уже предлагала ему свою душу, и он отказался, потому что не хотел обрекать меня.
— Если он заботится о тебе так же, как и ты о нем, все будет хорошо, — его рука сформировалась, зависнув всего в дюйме от ее грудины. — Ты должна сделать свой выбор, или мне придется забрать его вместо этого. Как я уже сказал, мое время здесь истекает.
К тому времени, как ее взгляд упал на Фавна, она уже приняла решение.
— Ладно, — ее щеки потеплели, почти как от застенчивого румянца — что было странно для той, кто редко краснел. — Просто забирай.
Без предупреждения рука метнулась вперед в ее грудь, погружаясь под плоть, словно кто-то опустил руку в воду. Она не почувствовала ничего, кроме жара, вырвавшегося из нее, когда ее душа была насильно вытащена из тела в его меловой, черной руке.
Затем облако Велдира переместилось и встало перед Фавном, который принюхался к воздуху. Велдир не имел запаха, поэтому Маюми решила, что он чует ее душу.
Велдир направил ее в одну сторону, как кто-то, дразнящий собаку мячиком, и череп Фавна последовал за ней. Она полетела в другую сторону, Фавн последовал за ней, прежде чем Велдир бросил ее ему.
Его клыки раскрылись, а затем сомкнулись вокруг нее. Он запрокинул голову и проглотил.
— Пока я здесь, я могу заодно исцелить его раны, чтобы ему не пришлось терпеть их, если это сработает, — сказал Велдир, когда черный сверкающий песок вышел из его облака, чтобы окутать Фавна.
— Если это похоже на то, как Фавн исцеляет меня, разве тебе не будет больно? — спросила Маюми, слегка наклонив голову. Она была удивлена, что Велдиру есть до этого дело, когда Фавн, вероятно, исцелился бы сам.
Может, потому что он его отец? Фавн создал у нее впечатление, что редко встречался с ним, если вообще встречался — что означало, что тот отсутствовал большую часть его жизни. Она не ожидала, что ему будет так не все равно.
То, как ухмыльнулся Велдир, когда его лицо на мгновение сформировалось, а глаза сощурились от глубокого юмора, показало подтекст чего-то другого.
— Нельзя причинить боль тому, что ничего не чувствует.
Так вот в чем дело. Не было никакой жертвы в том, чтобы забрать его раны себе.
Независимо от причины, она наблюдала, как сверкающий песок заполняет его раны, не оставляя даже шрама. Он также очистил его, сделав мех пушистым и блестящим на солнце.
Наблюдая за всем этим, за тем, как неромантично было видеть, как ее связывают с Фавном таким образом, а не каким-то широким жестом, она не могла удержаться от беззвучного смеха. Ей подходило, что все будет именно так.
Слишком поздно менять решение.
Не то чтобы она планировала.
Глава 43
Маюми знала по тому, как меловое лицо Велдира формировалось и рассеивалось, обращенное в сторону Фавна, что он ждал, чтобы увидеть, сработало ли это.
Ожидание было долгим, и её сердце колотилось в предвкушении.
Давай… — мысленно умоляла она, нетерпеливо подпрыгивая на ногах. Мягкий порыв ветра подбросил в воздух несколько снежинок, заставив их танцевать. Давай жееее.
— Если это не сработает, тебе придется забрать и меня? — спросила она Велдира, заполняя нервирующую тишину.
— Твоя душа была съедена, и она больше не принадлежит тебе. Без живого якоря твое тело станет бестелесным и останется таким. Я бы просто оставил тебя здесь страдать в виде Призрака, и в конце концов ты бы забыла, кто ты такая или как ты умерла.
Её нижняя губа скривилась в сторону, прежде чем она подняла руку и потерла затылок.
— Он умер, чтобы спасти меня. Не думаю, что он был бы счастлив, узнав, что я умерла, отдав ему свою душу.