У меня, как и у моих родителей, двойное гражданство. И в Европе имя Николь Дюбуа не вызывает никаких вопросов. Но так как родилась и выросла я все же в России, откуда родом моя мама, здесь у меня с именем сложности. Для русских детей имя Николь звучит непонятно и странно. В итоге среди друзей меня зовут, в основном, Коль. А временами просто Колян. Отличное имя для потомка русской аристократки. Папе в этом смысле повезло больше, он Мишель. И в России его без проблем называют Михаилом. А я за 23 года уже привыкла к странным вариациям своего имени.
– Эй, Колян, Марго! Текилу берем? – Бес, наш вечный двигатель.
– Бери, что спрашиваешь вообще?
– Пузырь или шоты?
– Шоты давай.
Нафиг эта возня с разливанием. Откидываюсь на спинку дивана. В голове пусто. Ни целей, ни желаний, ничего. Папа жаждет, чтобы я в Европе обучение продолжила, на его Родине. А я сама не знаю, чего бы хотела. Пока прожигаю жизнь с друзьями. Лето же. Тут Марго, сидящая рядом, сообщает:
– Коль, ты видела вон там за столиком?
– Что видела?
– На тот столик посмотри. Мне уже жарко становится...
Смотрю в указанном направлении. Ого. Реально есть на что посмотреть. Трое парней один другого хлеще и с ними столько же девушек очень клубного вида - накачанные губы, сиськи и нарощенные волосы с ресницами. Марго добавляет:
– Вот скажи, почему такие парни всегда инсташлюх выбирают?
Смеюсь. Марго в своем репертуаре. Поясняю ей:
– Так они сами, наверное, модели. Судя по виду. У них в окружении только такие телки и есть. Обычные девушки им, видимо, кажутся слишком пресными. Деревенщинами.
Марго ржет:
– Это ты деревенщина? Дочь Мишеля Дюбуа? Или я, дочь Шейнера? А может Бес? Он-же всего-навсего сын Бессонова, владельца заводов, газет, пароходов. Про Брауна можно я лучше промолчу? Да уж, мы те ещё лохи.
Улыбаюсь.
– Ну, они хотя бы не геи. С такой-то внешностью, – пожимаю плечами.
– Да лучше б геи. Хотя бы не обидно было, – Марго смеется.
Еще немного понаблюдав за столиком с модельно-инсташлюшьей компанией, ловлю на себе взгляд одного из них. А интересный парень. Взгляд пронзительный. Темно-карие глаза, смуглый брюнет. Да он реально красавчик. И тут к нашему столику подлетает Бес с девушкой-официанткой. У обоих в руках по паре деревянных подставок с шотами текилы.
– Что, девочки, шарахнем по полной? Растрясем это болото!
– Бес, тут и без нас все шарахнутые, – смеюсь.
– Не ссы, Колян. Это всё фигня. Сейчас еще Браун подтянется и жахнем.
Браун – еще один из нашей «поднебесной» компании. Поднебесными нас прозвали наши же друзья. У нас четверых были весьма состоятельные родители, каждый из которых имел в собственности по этажу в самом высоком и дорогом здании бизнес-комплекса, причем самые верхние. Оттуда и пошло. С одной стороны, нам было пофиг. С другой, как-то сближало. Многие хотели дружить с нами только из-за денег и престижа, а это лишь отталкивало. Именно поэтому наша компания так и оставалась дружной четверкой.
– Оо, Браун нарисовался! – Бес радостно машет другу рукой.
– Ты ему еще ногами помаши, а то вдруг не заметит, – смеется Марго.
Бес реально жестикулирует так, что некоторые уже оглядываться начали. Наконец, Браун доходит до нас. Падает между мной и Марго на диван, обнимает сразу обеих и по очереди притягивает к себе. Чмокает каждую в висок и заявляет:
– Ну вот и я, малышки. Соскучились по своему мальчику?
Мы с Марго смеемся. Браун всегда ведет себя, как наш общий парень. Не стесняется обнять, поцеловать или высказать вслух очередную двусмысленную фразочку. Мы уже привыкли, а людей со стороны это, порой, удивляет. Некоторые считают нас таким своеобразным трио, где две девушки на одного парня. Браун не отрицает, лишь надменно ухмыляется – мол, завидуйте молча.
А нам с Марго и удобно – лишний раз никто не пристает. Считают, что мы заняты. У Брауна вид весьма агрессивный и уверенный, поэтому никого не тянет с ним связываться.
И он, кстати, весьма вжился в роль. Как-то Бес решил внедриться в наш треугольник и также приобнял нас и расцеловал в щечки. За что был тут же прижат к стене со злобным видом. Браун четко дал ему понять, что тот лезет не на свою территорию. Мы с Марго нехило так удивились, но решили забить. Бес с Брауном через 5 минут уже общались по прежнему, а мы списали этот случай на выпитое.