Ну, я тоже не на прогулке. Дополняю: «Аналогично. Встретимся вечером?»
Ника: «Уезжаю»
Вадим: «Надолго?»
Ника: «На учебу»
Не понял.
Вадим: «На учебу?»
Ника: «Во Францию. В Сорбонну»
Чего? Чего, блядь?! Какая нахуй Сорбонна?!
Вадим: «Ты прикалываешься?»
Ника: «Нет. Папа настаивает»
Папа? Еще интересней.
Вадим: «И надолго?»
Ника: «На год минимум»
Охуеть. Сижу, смотрю на экран и понять не могу – чо, блядь, происходит вообще?!
И тут звучит сигнал на выезд. Ладно. Всё личное оставляем на базе. Работаем.
Николь
Когда пишу Вадиму последнее сообщение, жду его удивления, возмущения, любой нормальной реакции. Но он молчит. После моего сообщения больше ничего не приходит на телефон. Пялюсь еще минут 20 на давно погасший экран. Потом только понимаю – он не напишет. Ему хватило моего ответа. Недолго он мной свою любимую заменял. Теперь, наверное, кто-то следующий заменять будет. Очередная девочка-заместитель той, кто реально нужен.
Сама не замечаю, как по щекам начинают течь слезы. Всхлипываю, стирая их кулаком. На минуту начинаю жалеть. Правильно ли я поступаю? Может, стоит просто поговорить с Вадимом? Выяснить всё? Но тут же сама себя обрываю – хотел бы поговорить, не прервался бы на моем последнем сообщении. Приехал бы, позвонил бы. Хоть что-то сделал.
Встаю и начинаю собираться. Раз я "уезжаю во Францию", значит поживу пока в папиных рабочих апартаментах. На его этаже в офисе часть помещений оборудована под жилье на случай, если понадобится заночевать на работе. Там есть всё необходимое, вот и поживу в бизнес-высотке какое-то время. Сначала всерьез думала в Сорбонну уехать, но потом решила выждать. Уехать всегда успею, только сначала надо убедиться, что с Вадимом и правда всё.
Собираю необходимые вещи и спускаюсь в машину. Если Вадим захочет выяснить, то поймет, что я на самом деле тут не живу. И Сергей подтвердит. А сама пока побуду в другом месте. Пусть думает, что я уже уехала.
Вадим
Занимаем позиции, настраиваем аппаратуру. Ждем. Пока наблюдаю за обстановкой, шепчу всплывающие в голове слова любимого поэта:
Ты не думай,
щурясь просто
из-под выпрямленных дуг.
Иди сюда,
иди на перекресток
моих больших
и неуклюжих рук.
Не хочешь?
Оставайся и зимуй,
и это
оскорбление
на общий счет нанижем.
Я все равно
тебя
когда-нибудь возьму —
одну
или вдвоем с Парижем...*
Вот реально. Ника думает, что так легко свалила?! Нет, детка. Ты меня в глаза нахуй пошли, тогда вопросов нет. А в смсках по телефону – ну это пиздец, детство какое-то. Сука. Что ж мне не везет-то так. Только решил, что – вот она. Наконец. С ней перестаю о прошлом думать. С ней хочется думать о будущем. Защищать хочется. Оберегать. Любить её хочется. Но ведь нет же. Снова херня какая-то.
Но на этот раз я просто так в сторону не отойду. Пусть сама мне всё скажет. Посмотрю, как у неё это получится. Видел же, как смотрит на меня. Как на руки мои реагирует, на губы. Как подо мной от оргазмов трясется. Как дышит рвано от одних только прикосновений. Неет, девочка. Так просто не выйдет. Я тебе усложню задачу. В Париж приеду, если надо. Просто так не уйдешь.
Пояснения по тексту:
*ПНВ – прибор ночного видения
*наружка – наружное наблюдение, один из видов оперативной работы
*отрывок из стихотворения В. Маяковского
Глава 20
Николь
После последней моей переписки с Вадимом проходит три дня. Всё это время я безвылазно сижу в апартаментах на папином этаже в бизнес-высотке. На вопросы папы отвечаю, что в квартире делается небольшой ремонт. Папа настолько в делах последнее время, что верит моему неумелому вранью. И я валяюсь перед телевизором, обложившись пиццами и попкорном. Смотрю сопливые мелодрамы и реву. Идеально для сердечных страданий.
Всё время надеюсь, что Вадим появится. Начнет задавать вопросы. Наедет, в конце концов. Я уже и на это согласна. Лишь к его молчанию не готова. С его стороны полный игнор. И мне, привыкшей к этому постоянному празднику по имени Вадим, очень сложно. Сложно без его внезапных появлений, похабных шуточек, улыбки с ямочками на щеках и жгучих карих глаз.
Он как наркотик, на который я плотно подсела. И никак не могу слезть. Пялюсь в окно без каких-либо мыслей. В голову приходит диалог двух тибетских монахов:
– Чем занимаешься?
– Наблюдаю, как растет дерево.