Мне своего одеяния пришлось подождать несколько дольше, поскольку не было никакого желания в третий раз лезть под этот свод, даже слегка обтрясенный от бриллиантов. Да и лишний раз выбить драгоценно-смертоносный мусор из грубой ткани тоже полезно. Демоны всего негодного, в тех же Иэри и Хисахе навар с моей одежки сочли бы лучшим средством для тихого убийства!
Замшевые мешочки с камнями в руках подгорной принцессы выглядели невзрачно лишь снаружи -- внутри пряталось все то же нестерпимое сияние, волей-неволей заставляющее отвести глаза. Суммарные же размеры увесистых кисетов тянули если не на ограбление века, то по крайней мере на весьма неплохое поместье или целую торговую сеть в крупном городе. Как-то не верилось, что такое количество драгоценностей можно просто так взять и унести, а затем использовать по своему усмотрению, без всякого отчета и не факт, что на пользу...
Не особо стесняясь, я задал вопрос впрямую:
-- Тебе это... -- язык так и не повернулся сказать «воровство» в глаза гноми, сосредоточенно затягивающей горловины кисетов, -- заимствование никак не аукнется?
-- Это паданцы, -- без тени сомнения буркнула Тнирг в ответ, не прерывая своего занятия. -- Они сами осыпались со сводов.
-- Все-таки… -- при всей своей странности объяснение выглядело убедительно, но мне все равно показалось недостаточным.
-- Я царской крови, -- резко оборвала меня Тнирг. -- Это мой урожай, и никто не вправе отнять его у меня!
Похоже, мои сомнения рассердили ее. Или просто коснулись чего-то, что подгорная принцесса считала исконно, неотторжимо своим, самой своей сущностью от рождения и до самой смерти. Такие вещи обычно не имеют под собой объяснений, а попыток разложить их по полочкам и вовсе не терпят.
Распихав предметы раздора по бесконечным складкам своих одежек, кронфройляйн без лишних слов направилась прочь от Зала Миллиона Бликов. Оставалось лишь плестись следом, освещая постепенно сужающуюся пещеру.
В попытке как-то сгладить неловкость я преувеличенно бодрым тоном поделился недавними предположениями о способах добычи средств на ее планы. При упоминании «мишуры» гномь фыркнула еще довольно сердито, но рассуждения о припрятанной заначке заставили ее расхохотаться уже без всякой обиды. В самом деле, на редкость смешно выглядела сама мысль спрятать что-то ценное среди такого богатства, превосходящего всякое воображение. Осознав это, я присоединился к хихиканью подгорной принцессы.
-- А еще я думал, что придется золото мыть… -- помянул я свою последнюю идею насчет обзаведения деньгами в ее будущих владениях. -- Или у вас его нет?
-- Это в Серых Горах золота нет! -- кронфройляйн еще толком не отсмеялась. -- А у нас в отрогах его завались, хоть шапкой черпай.
-- В каких таких Серых Горах? -- насколько помню, подобного названия мне не довелось видать ни на одной карте.
-- Да ни в каких! Это присловье такое, -- отмахнулась гномь. -- Типа «ловить нечего, пустая порода». Речение великого пророка древности Сапека, а он был не силен в картах. Больше по торговому делу и душезнатству.
На все у нее ответ найдется, не то что у меня... Кажется, неуклюжее всезнайство было основной чертой характера Тнирг. И похоже, она была осведомлена обо всем, что творится под горой и составляет собой бытие Безнебесных Стран -- вот только катастрофически не умела применить к делу свои познания. Каждый раз за любую затею, начатую неуемной гномью, приходилось браться мне и доводить ее до конца по-своему, чтобы хоть что-то вышло как подобает. Не то чтобы руки у подгорной принцессы росли совсем из первопричинных мест, но везде, где требовалась сноровка, а не привычка, она неуклонно пасовала и с явным облегчением передоверяла работу мне – что, несомненно, было лучшим выходом.
Как только будущая кронфрау будет править с такими замашками…
Судя по всему -- вполне удачно. Для того, кто на самом верху, личные умения уже ничего не значат, в лучшем случае служат развлечением, как охота и рукоделье у высокородных эльфов и их блистательных супруг. Настоящая работа государя -- вникать во все тонкости, передоверяя исполнение замыслов тем, кто лучше всего предназначен для нужной цели, всесторонне проверяя и тщательно следя за ними. А единственное умение, неотменяемо важное для него -- это способность правильно выбирать себе исполнителей.