Сложнее стало, когда на эту исходную схему стали накладываться протоколы динамических обращений, а уж когда поверх легли все прижизненные деформации в виде наложенных заклятий, в световой метели стало вообще невозможно разобраться. Во всяком случае, мне для послойного сравнения понадобилось бы никак не меньше недели. Однако цизальтинского деда, похоже, ничуть не смущала сложность задачи, и он уверенно распутывал мерцающие потоки, заскорузлым пальцем выплетая поверх них свою сеть.
Но вот с нею-то и случился затык -- уверенно выводя фрагменты объединяющей структуры, собрать их вместе Сантуцци не мог раз за разом. После третьей попытки он перестал тратить время впустую и сокрушенно развел руками.
-- Не могу найти для вас соклятия, дети мои. Сложных кружев вы наплели вокруг себя, сложных…
Еще бы простых! Одни мои клятвы чего стоят, что Высокая, что три Низких. Это если не припоминать Исэсс и ту часть устава Гекопардовых Орхидей, что сделала меня потенциально доступным всему действительному составу подростковой женской банды. Ну а что накручено вокруг ритуального изгнания Тнирг, я даже не пытался задумываться. Явно со всей гномской основательностью предусмотрели ничуть не меньше, раз уж не работает стандартная лазейка с обручением...
Одним сердитым взмахом руки Великий Шаман стер с хрусталя следы своей неудачи и завозился, убирая шар. Вкупе с попутными раздумьями времени у него на это ушло предостаточно -- даже тополино чем-то обеспокоился и, быстро мелькая лапками из черенков листа, перебрался с одного хозяйского плеча на другое.
Наконец, придя к определенному выводу, старик пошамкал изрядно щербатым ртом и бросил как бы походя:
-- Шли бы вы, ребятки, в Глубокую Щель!
От возмущения я чуть не поперхнулся. В щель, стало быть. Глубокую. Самого бы тебя, дедуля, послать куда поглубже. К тем же гномам под гору, по обыкновению…
Да только куда уж глубже, если старый пройдоха и так под самой что ни на есть горой и по уши в гномах!!! Так что… возможно, нас он тоже отправил по более осмысленному адресу, чем показалось мне по первости.
-- Это еще куда? -- все-таки не сумел я сдержать недоумения. -- В какую такую щель?!
-- Я знаю, в какую, -- перебила меня Тнирг. -- Спасибо на добром слове, добрый человек.
Сказано было очень всерьез, без малейшей подколки. И «человек» выглядело обращением к представителю расы, и «слово» не просто так прозвучало. Мордочка гноми сделалась по-настоящему сосредоточенной, чтобы не сказать -- встревоженной. Такой я ее не видел, почитай с самого начала нашего знакомства. Что-то очень важное сказал дед, такое, от чего не отмахнешься…
Сам шаман на этом определенно счел разговор законченным и засобирался в обратный путь. Мы тоже снялись с места по-эльфийски, без долгих прощаний. Спустя минуту в заброшенном штреке на полпути от одних обжитых пещер к другим ничто не напоминало об имевших здесь место важных переговорах, коим должно определить дальнейшую судьбу Безнебесных Стран.
Кронфройляйн деловито топала вперед, на каждой развилке выбирая путь, ведущий на нижние ярусы. Вскоре всякие признаки обитания разумных пропали из виду, и, быстро утомившись чуть ли не ощупью двигаться от одного светящегося пятна мхов-дикоросов к другому, я снова извлек фонарника.
Однако гноми столь скудное освещение, похоже, не доставляло никакого неудобства. К неизвестно как вычисляемой под горой ночи, едва поспевая за нею, я упустил момент, когда подгорная принцесса резко затормозила, и чуть не налетел на маленькую фигурку в кожаном пончо. А Тнирг уже разбирала свою кладь на ничем не примечательном пятачке лишь немного расширившейся подземной тропы, причем столь же стремительно и небрежно, как собиралась утром.
Ночевка оказалась недолгой и какой-то нервной, зато после половины дня столь же торопливо пройденного пути случился неожиданная остановка с полным обустройством лагеря.
-- Оставим вещи тут. И отдохнем немного... Дальше нельзя идти в спутанных мыслях, -- обьяснила она свои действия.
Лично для меня все как раз запуталось еще больше. Тем не менее я с немалым облегчением сбросил свою часть поклажи и со всем удобством устроился на нежданный привал. Несмотря на глубину, пещера попалась сухая и ощутимо более теплая, чем другие -- похоже, наш ход пролегал поблизости от источника подземного жара, одного из щупалец жидкого камня глубин, протянутых к поверхности земли. Брезента поверх плотной моховой поросли вполне хватило, чтобы расслабиться, не ощущая под собой жесткости камня.