Такие планеты просто отмечали в каталогах, и оставляли до «лучших времён».
Но Джон заморочился, и даже «посетил» на симуляторе несколько и таких: у парочки что-то там такое было в атмосфере, постоянно выделяющееся из недр, через вулканы и гейзеры, чего оказалось невозможно уничтожить никакими конвертерами-преобразователями, и от чего не спасали респираторы – жутко токсичные яды, по свойствам близкие к боевым отравляющим веществам.
Одна располагалась слишком близко к светилу, и на поверхности имелось плюс восемьдесят шесть. Между собой космодесантники, да и учёные, называли её «духовкой». И жить там, в-принципе, было бы возможно – если б не почти стопроцентная влажность: именно она делала жару непереносимой.
А у ещё трёх слишком уж велик оказался гравитационный индекс: людей просто превратило бы в разлитые по креслам водителей техники кляксы, не говоря уж о том, чтоб банально – просто ходить. Ногами.
Наконец ещё одна – Лизандра 2/ЩД – оказалась слишком молода. Подвижки полужидких платформ не позволяли построить постоянной базы или поселений: едва застывшая кора тут же снова раскалывалась, грозя утопить и поджарить всё, что имелось на поверхности, в огненно-жидкой лаве – в недрах трещин шириной в километр!
И вот сейчас перед ними, то есть, перед подразделением Первичного Освоения – восемьдесят девятая потенциально подходящая (По предварительным разведданным поискового отряда!) для непосредственной колонизации и вселения людей, планета.
С отличным (вроде!) климатом. И кислородной атмосферой.
Франческа.
Так её назвали по требованию пилота-первооткрывателя, Рикардо Менальи.
А что: каждый, первым что-то нашедший, или открывший, имеет полное право увековечить своё имя. Или – имя Любимой. Или, как в случае с Рикардо – матери!
Джон знал, конечно, всё, что уже собрали, добыли и вычислили об атмосфере, поверхности, и недрах Франчески автоматы, безопасно. Отличные параметры. Кислорода даже больше, чем на матушке-Земле: двадцать два с половиной. В местных сутках двадцать пять часов. Один спутник, размером чуть меньше Луны. Океаны покрывают, правда, четыре пятых поверхности – почти как на старушке Земле. Среднесуточная температура: на экваторе – плюс шестнадцать, на полюсах – минус один. Такая незначительная разница связана, как объяснял док Эсьоса Дезалу, их главный климатолог, с тем, что ось планеты наклонена к плоскости обращения всего на восемь градусов: поэтому и климат мягче, и полярных льдов почти нет. Настоящий тропический рай до пятидесятых широт.
Неплохо вроде, мать её: осваивай – не хочу…
Но почему же так скребут на душе какие-то дикие кошки, заставляя сердце колотиться чаще, и пальцы – то сжиматься, то разжиматься?! Чего «этакого» чует там его обострившееся за годы «тяжёлого» детства, и вечных «разборок» и борьбы за лидерство в учебке, чутьё?! Подвоха? Хм-м. Возможно. Но…
Но всё равно: пока непосредственно с этим самым не столкнёшься – не узнаешь, что это. Нависало. Поджидало. «Коварно» затаившись в девственной неизвестности.
Но чем быстрее он столкнётся – тем быстрее и узнает.
Значит, вперёд.
В отсеке «дистанционного управления разведочными аватарами», как официально называлась лаборатория доктора Гарибэя, всё было как всегда: чисто до стерильности, ослепительно светло от мощных ламп на потолке и белых стен, и тихо. И малолюдно.
Да и правильно: в полную силу персонал и оборудование будут задействованы только когда начнётся детальное обследование силами подразделения всех континентов и климатических зон. А это случится только если он, то есть, Джонни-бой, докажет, что непосредственной опасности для достаточно дорогих дронов, а затем и, если верить тому, что пишут рекламные брошюры Флота, «бесценных» жизней людей – нет.
Всё, как обозначено в важных Формулярах и Постановлениях, должно быть максимально эффективно. То есть – дёшево. Логично, конечно, начинать разведку – во-первых, с самых потенциально перспективных регионов, а во-вторых – силами одного-двух-трёх дронов-аватаров.
А ну как выяснится, что там, внизу, имеется, как любит выражаться док Максимилиан Ваншайс, их главный биолог, «несовместимая с жизнью человека местная биота»?! То есть, попросту говоря – опасные звери, насекомые, растения, грибы. И всё остальное в том же роде. Или – пока невыявленные природные факторы, вроде гипералергенной пыли или пыльцы. Или… Вот именно – мало ли!