Я слушала Хель и невольно вспоминала свою встречу с разбойниками и понимала, что именно она испытала тогда.
- Оставшийся в живых разбойник не тратил время на скорбь по товарищу, он схватил Ти и, приставив меч к его горлу, потребовал следовать за ним. Я же находилась за гранью реальности и не понимала ни слова, видела лишь меч у горла моего брата и чувствовала отвратительный запах чужой крови, меня всю трясло. Особенно тряслись руки и, чтобы успокоиться я подняла их желая прижать к себе, но от моего неловкого взмаха разбойника и Тиваля откинуло волной воздуха на несколько метров, до сих пор не понимаю, как меч не пропорол горло брату… Но он не растерялся, оттолкнул разбойника, пытающегося вновь схватить его, и тот снова был отброшен, но уже силой исходящей от Тиваля. Мы переглянулись с братом и вскинули руку по направлению к нашему врагу, через несколько метров отсюда начинается река, в нее мы его и сбросили. Так, стоящими у обрыва, нас и нашли слуги.
Не знаю, как у тебя с историей западных королевств, но в те времена, как, впрочем, и теперь, магический дар у правителей Оверси считался проклятьем – имеющие его не могли править. Но мы с Ти и так стояли на последнем месте на трон после наших троих братьев и никогда не планировали стать правителями страны. Страшным было другое, - Хель, замолчала, я тоже не знала, что сказать, с историй западных королевств я была отлично знакома. Оверси и Венда, развалившаяся после Войны времен на Верс и Макко и вольный город Месса – страны, в которых практически не рождались маги, а люди, обладающие даром, не могли добиться высокого положения в обществе, принц и принцесса обладающие волшебной силой –стали бы позором рода.
- Нас объявили больными, а потом тайно отправили в Академию маги, причем без права вернуться обратно, мы потеряли все… корме друг друга, - я слышала по голосу, что даже сейчас, через столько лет, Хельге трудно говорить об этом. Я вновь взяла ее за руку, стараясь поддержать и разделить ее боль, и мне это удалось даже слишком хорошо. Тоска и обида захлестнули меня настолько, что я чудом сдержала слезы.
- Глупая девчонка! Ну, когда, ты уже научишься управлять эмпатией? Даже дар Пещеры не поможет, если будешь так открываться! – Хель отобрала у меня руку и быстрыми движениями стерла слезы с моих щек.
- Я не специально! - Когда мы вернемся, скажу Ти, чтоб отработал с тобой защиту. - А мы вернемся? - Конечно, мир скоро закроет дыру в подреальность, а нас выбросит обратно, только не открывай глаза, хорошо? - Я помню, а что такое подреальность? - Ты сама все видела – это мой мир, мир демонов. И, поверь, эта жизнь нравилась мне намного больше, чем жизнь изгнанной принцессы. Ти нашел свое призвание в маги, я же так и не добилась в ней особых успехов, с каждым годом я все меньше понимала, что мне делать и куда двигаться дальше. Брат был всем, что осталось от моей семьи, и того времени, когда я мечтала о балах и любви и мне всегда казалось, что я значу для него меньше, чем он для меня, я старалась не мешать ему.
Я поняла, что ошиблась на счет его чувств, только когда умерла. Чтобы стать демоном, нужно просто вступить в подреальность – место, в котором видна изнанка нашего мира и мне это удалось: Ти не предал мое тело огню, и я осталась рядом с ним и постепенно смогла увидеть ее, а затем, когда он развеял мою мертвую оболочку, я приняла решение остаться тут. И знаешь, Ведди, я была счастлива, я забыла о том, как быть человеком, забыла все чувства и погрузилась в созерцание. А он выдернул меня обратно в мир людей. Он не смог меня воскресить, но смог призвать. Знаешь, я умоляла его отпустить меня, но он взял с меня клятву, что я останусь с ним до конца его жизни. Несколько десятков лет – это не большой срок для демона, а больше он без поддержки магии не прожил бы дольше. И я поклялась, тогда ни он, ни я еще не знали, что его душа проклята, и он не сможет умереть. Я в этом мире уже больше века и неизвестно, когда смогу вернуться.